Дозоры

Индульгенция неожиданно погасла, как будто Александр нажал какой-то сумрачный тумблер и обесточил подсветку.

– Ты переходишь в мое непосредственное подчинение! Твой первый приказ – принеси все, что сотворила девочка.

– Я должен поставить в известность свое прежнее руководство, старшего надзирателя Лихарева, – лучшее, что нашел сказать Дмитрий.

– Нет необходимости. Ты перейдешь обратно в его подчинение, как только будут переданы и оформлены все артефакты. Согласия руководства Надзора не требуется.

«Как я не спрашивал согласия водителя, – подумал Дмитрий. – Все у нас так. Во имя Договора».

– Выполняйте приказ, инквизитор Дреер!

– Вы сказали: все, что сотворила девочка? – Дмитрий тоже перешел на официальный тон.

– Не играй словами. – Александр вернулся к своей обычной манере разговора. – Книга наверху, сыворотка при девочке. Если ты попытаешься это все спрятать или уничтожить, я, во-первых, пойму, а во-вторых, не позволю.

– Я буду жаловаться. Инквизиция не вправе привлекать детей к операциям.

– Твое право. Пиши, жалуйся. Но сейчас – выполняй. Хотя… – Александр задумался, взглянул для чего-то в окно, разделенное рамой на шесть сегментов. – Приказ отменяется.

– Что? – Дмитрий даже перегнулся через перила.

– Оставайся здесь и охраняй периметр. Книгу я возьму сам.

«Он уже тут был, – подумал Дреер. – Иначе не провесил бы портал, а вошел через дверь, как мы».

Больше всего Дмитрий испугался, что куратор теперь откроет портал наверх. Но нет, Александр легко запрыгнул на лестницу, перемахнув через перила, и стал подниматься.

Тогда Дреер двинул на него «пресс». Вернее, поставил, как барьер.

– Ты в своем уме? – поднял брови домиком Александр.

– Вы тоже можете жаловаться, Инквизитор. Но сейчас ответственный за детей я, и отменить это может лишь мой непосредственный начальник Лихарев Виктор Палыч. Или директор школы Сорокин Эдуард Сергеевич. Обратитесь к кому-то из них.

Что же она там тянет, неслось в голове. Рвет книгу на страницы, что ли? Спускает по кусочкам в трубы?

Мысли Дмитрий старался закрывать, но иллюзий не питал.

– Это внутренний Трибунал, Дреер, – нехорошо усмехнулся Александр. – Слепки памяти и ауры прилагаются.

Еще до того, как Александр договорил, магический барьер упал. Что применил Александр, бывший словесник так и не понял. Но его силовая «стена» как будто рассыпалась, раздробленная на песчинки.

– С дороги! – Александр стремительно пошел вверх.

Из пальцев куратора тянулись, переливаясь, разноцветные жгуты. Александр явно намеревался смахнуть ими Дреера с лестницы. Выброс в окно был тоже вероятен.

Только Дмитрий успел опустить «щит мага». Силы у него пока хватало.

– Нападение на сотрудника Инквизиции, – прокомментировал Дмитрий. – Внутренний Трибунал.