Новогодний Дозор

Хотя бракосочетание было по высшему разряду, а как же, не какой-нибудь заштатный барон женится, а принц, наследник трона. Одних только устриц закупили пятнадцать ведер. Девяносто ящиков шампанского, а коньяк и красное сладкое вино король выставил из своих погребов – три бочки и пять бочек соответственно. Двух кабанов доставили егеря из королевских лесов, главный повар по своим каналам бог весть откуда выписал целого страуса, ну а мелкой дичи и домашней птицы было столько, что считали ее не головами и даже не на вес, а подводами – всего двадцать подвод. Это лишь некоторые цифры и только что касается кухни. А ведь были и другие статьи расходов по брачному пиру. Танцы? Ткани, услуги портных, собственно оплата наемным танцорам и музыкантам, суточные и столование. Гости? Дополнительные лакеи и горничные в услужение, аренда экипажей, разбитый фамильный хрусталь и украденное фамильное серебро, поломанная мебель и изгаженный королевский парк… Садовник чуть руки на себя не наложил, пришлось ему доплачивать за моральный ущерб, и так по каждой позиции, а позиций – тысячи. Принц не вникал, о нет, куда ему, не был обучен – а ей свекровь сразу сказала: привыкай. Хозяйство на тебе.

Она старалась, конечно. Ей все равно казалось, что попала в сказку. Мягкая перина, чистые простыни, теплая спальня, бланманже на завтрак, куропатки на обед – и никто больше, никто и никогда не посмеет ее отхлестать по щекам! Принц был сама нежность и сдержанная страсть. Дорогая, в западном розарии расцвела желтая роза, позволь тебя проводить полюбоваться. Еще поцелуй, еще… Ах, я не могу дождаться, когда мы принесем обеты супружества и останемся в алькове наедине. Завтра свадьба? О, прелестно, шарман…

Голова у нее гудела от хозяйственных забот, уставшие ноги не желали двигаться, она с трудом втиснула ступни в волшебные свои башмачки – без них никак, вещица брендовая, папарацци будут ловить в кадр ее ножки… все должно быть комильфо, ей нельзя оступиться, ни в переносном смысле, ни в прямом. И да, они с принцем отработали вечер на отлично, хоть в прямой эфир: танцевали бесподобно, сияли счастьем неподдельно. А что не было той внутренней невесомости, чувства полета, головокружения от любви… Ну, так зато она теперь не безродная замарашка, а жена благородного и состоятельного человека."

"Брачная ночь ей, в общем-то, понравилась. Только очень хотелось спать, но она позволила себе уснуть не раньше, чем захрапел принц. Я буду тебе хорошей женой, мысленно пообещала она, вот увидишь – я сумею. С шипением выходили пузырьки из недопитого шампанского на антикварном прикроватном с гнутыми ножками столике.

Имя ее было Матильда. Правда, много лет ее никто не звал по имени. Мачеха с дочерьми, а за ними и все дворовые кликали позорной кличкой.