Белое солнце дознавателей

Снять сможет только леди» – это всё, что сказал слуга. И большего мне не требовалось.

Когда я развернула белоснежный шелк – величиной почти с пол ладони, с вязью рун и древних символов, шестиконечная, точно такая, какую я видела на площади последний раз – в моих руках сияла Звезда Давида.

***В поместье Кораев мы прибыли за полночь или около – южный крест уже горел в темном небе стрелой, указывающей в сторону столицы. Оазис, который клан Кораев наследовал и передавал из поколения в поколение, был одним из самым больших в Хали-баде. Если бы на Севере земли распределяли согласно численности рода, наши границы клановых земель уменьшились бы в десять раз. Или в двадцать?

В отличие от дома Тиров, где к этому времени все расходились спать и редких слуг можно было встретить лишь в коридорах, поместье Кораев полыхало золотыми и красными огнями артефактов, тени охранников скользили по периметру белоснежных стен, слуги бодро сновали по двору туда-сюда.

– Был ли легок путь, леди? – Управляющий клана, а это был именно он, судя по знаку на рукаве и ленте старшего, повязанной вокруг плеча, улыбался мне тепло и ласково. Как змея, у которой оставался холодный и оценивающий взгляд. Люди, занимающие такой пост в иерархии клана – любого клана, и способные удержаться на должности в течении многих зим, просто не могут быть простыми. Сожрут.

– Путь был легким, ветер прохладным, пески спокойными, с благословения Великого, – произнесла я традиционное приветствие, немного изменив концовку.

– С благословения Немеса, госпожа."

"– Было бы странно ожидать, что Великий покинет дочь свою, – парировала я тихо. – Великий хранит детей своих и на севере, и в пустыне.

– Род Кораев, в моем лице, приветствует дочь рода Блау, – он склонился ниже, и опустил глаза. – Да будут наполнены дни и декады смехом и радостью, и да обретете вы второй дом по воле Немеса.

– Если будет угодно Великому.

– Цветы пустыни уже ждут с нетерпением, госпожа, – он сделал жест в сторону правого крыла, отдельно огороженного витой и ажурной черной решеткой, с этой стороны которой стояли двое охранников.

Внешний вход в гарем – если пройти по дорожке, потом миновать маленький парк, который разбили под куполом, пруд, с садом камней, пересечь лужайку, можно попасть на первый ярус женской половины, куда не ступала нога ни одного мужчины, кроме евнухов и господина.

– Следуйте за мной, госпожа.

Шли мы неторопливо, я – приноравливаясь к шагу вассала, а он выдерживал темп – южные леди на публике не ходят быстро. Когда мы достигли ворот – пропели колокольчики, и нежный птичий щебет наполнил воздух, трели были так радостны, что мне пришлось опустить ресницы, чтобы скрыть выражение глаз.

Клетка.