Доверься

Я планировала ехать на своей машине, но Паша убедил, что на одной будет быстрее. Пришлось согласиться: по городу колеи и гололед сильный, я зимой передвигаюсь медленно-медленно.

Павел недолго прогревает машину, потом она срывается с места. Он же просит спокойным голосом:

– Расскажи, пожалуйста, подробнее. Что знаешь.

На самом деле не так много.

– Паш, он был очень, просто очень испуганным. Мне даже кажется, что его там били.

Паша крепче сжимает руль, его взгляд угрожающе леденеет. У меня снова мурашки, но уже другого плана.

– Не ругай его. Ставлю миллион, ему этих часов в КПЗ хватит за глаза на всю жизнь.

– Били, значит. – Костяшки его пальцев белеют.

Сердце гулко стучит под ребрами.

– Матвей говорил быстро, скомканно. Как я поняла, они машину взяли у девчонки покататься. Без спроса. Вернуть хотели потом. А тут полиция. Удирать пытались, но их догнали.

– Удирать от ментов? Заебись, – кивает Паша, видимо, больше ничему не удивляясь. Первая реакция позади, дальше принятие и смирение. – Просто супер.

– Паш…

– Засранец. Вечером же созванивались, он у меня ночевал. Поклялся, что поиграет в приставку, и в кровать. Я беспокоился, что допоздна засидится и в школу не встанет. Обычно бабушка его будит, а тут первый урок может пропустить. У меня там еще пять человек в очереди осталось. Сомова дернули среди ночи.

– Всякое случается."

"– С Матвеем каждый месяц что-то случается. Я просто не понимаю, что мне еще сделать. На той неделе подрался – у директора два часа проторчали, и это не первый раз. Благо обошлось без полиции. Потом дома все обсудили, обговорили, выводы сделали. Сегодня его менты загребли. Не знаю, может, правда в КПЗ оставить до утра? Пусть посидит, подумает. Может, судья утром ему объяснит то, что я не могу?

– Это уголовка, Паш. Пятно на биографии.

– Да знаю. Размышляю просто. Вслух.

– А из-за чего подрался? Расскажешь?

Павел пожимает плечами.

– Честь девчонки защищали. Всемером. Какой-то пацан грязно оскорбил одноклассницу. Рыцари нашлись.

– Благородно.

– Благородно – это когда один на один. Заступиться хочешь за девочку – я поддерживаю. Отвел за угол и поговорил по роже. Сам впрягусь без вариантов. Но когда вы всемером караулите и нападаете, двое держат, остальные бьют – это ни хрена не правильно.

Я опускаю глаза и произношу тихо:

– Смотря как оскорбили. Иногда можно и всемером зажать.

Паша стреляет в меня глазами и о чем-то крепко задумывается, нахмурившись. Я чувствую, как снова розовею. Хорошо, что в машине темно.

Тем временем мы подъезжаем к нужному отделению. Несмотря на поздний час, тут кипиш. Какие-то машины отъезжают, какие-то подъезжают. Мигалки, голоса…

– Девушки, посидите в машине, хорошо? Музыку послушайте. Я разведаю обстановку и позвоню, – предлагает Паша.