Досветки в Глуши

Ну почему, почему с ней случилось такое? Может, кто-то позавидовал? Сглазил? Или того похуже – наслал проклятье! Только за что? Кому она помешала?

Охваченная унынием, Лида тихо всхлипывала за бабкиной спиной и пропустила момент, когда клюка приземлилась на окраине Глуши.

- Что слёзы мотаешь? – бабка подтолкнула Лиду вперёд. – Давай уже, в дом заходь.

- Не хочу... не пойду... где моя машина?

- На въезде она, с той стороны деревни, - охотно проинформировала бабка.

- Мне нужно туда!

- Успеется! Сначала прошу в дом.

- Не хочу! Не заставите... – Лида рванулась было в сторону, но под пристальным бабкиным взглядом вдруг обмякла и присела на снег. Мир расплылся. Белые частые мушки замельтешили в глазах, а потом исчезли и они...

Проснулась Лида в тепле. Уютно потрескивали дрова, где-то слышалось пение сверчка. И пахло чем-то сытным и пряным."

"Густой мясной дух сразу взбудоражил желудок, окончательно отгоняя сон. Лида обнаружила, что лежит на кровати, укутанная одеялом из лоскутков. Спешно ощупав себя – одета ли, она выдохнула с облегчением. На ней не было лишь курточки и сапог.

Какой-то мужчина священнодействовал у стола, нарезал на ломти огромный кусок запечённого мяса. Лида сразу узнала и свитер, и стрижку, и задохнулась от накатившего жара.

Это был он. Он! Жених из зеркала! Вот сейчас повернётся, посмотрит синими глазами... А она-то! Божечки... Неумытая. Издёрганная. На кого только похожая после всех навалившихся злоключений!

Словно почувствовав её взгляд, мужчина и, правда, обернулся.

- Лида! – радостно провозгласил он. - Проснулась, наконец!

Наяву жених был ещё краше, чем в её зеркальном видении. Крепкий, высокий, с лёгкой щетиной на щеках. Подкачал только голос, глуховатый и немного надтреснутый, он совершенно не вписывался в безупречный образ.

Засмотревшись на него, Лида ничего не ответила. Мужчина смутно напоминал кого-то... Вот только кого? Что-то было в нём от местного... от Николая, оставившего ей нож... А что-то – от её бывшего... Возможно - глаза. Переменчивые словно море... уходящие в тёмную синеву...

- Проснулась. – сам себе повторил синеглазый и поманил Лиду к столу. – Я мясо запёк. Ты встанешь или подать в кровать?

- Я встану! Спасибо. – откинув лоскутное одеяло, Лида неловко сползла вниз. – Мне бы умыться. И руки помыть.

- Рукомойник в сенях. Давай побыстрее. - мужчина кивнул на дверь и снова занялся мясом.

- Да. Я мигом. – послушно заторопилась Лида.

В холодных сенях она не сразу нашла умывальник. Разболтанный и ржавый, тот еда удерживался на гвозде и оказался совершенно пустым.

Переступая на ледяном полу, Лида растерянно огляделась, и в это время под рукомойником появился таз. С негромким бряканьем он шлёпнулся на табурет, и следом прямо из воздуха в него полилась вода.