Досветки в Глуши

во время полёта!

Лида разом вспомнила, как снова оказалась в Глуши. Вспомнила, что прилетела сюда на клюке вместе с бабкой.

- Догадалась... – спокойно кивнув, пробормотал синеглазый.

Словно на картинке-переливашке его черты побледнели и смазались, и на их месте тут же проступили другие. И вот уже не жених из зеркала, а та самая бабка по совиному хмуро уставилась на Лиду."

"- Мне нужна одноглазка. Отдашь – уйдёшь! – проскрипела она.

- Зачем вам? – промямлила потрясённая переменами Лида. – Это же обычная заготовка. Недоделанный чурбачок.

- Не твоего ума дело, - грубо оборвала её бабка. – Одевайся давай. Пошли.

Лида огляделась в поисках курточки, да вспомнила вдруг, что имя – якорь! Так, кажется, говорила рябая в доме тётки Таи.

Значит, её не отпустят, и это очередная уловка!

Однако, всё же надела курточку, сунула ноги в сапоги.

Сбегу, всё равно сбегу! – мрачно решила про себя. А может бабка всё же устроит обмен? Отдам ей фигурку и уеду!

Вытащив из кармана телефон, Лида нажала на кнопочку – жив ли? Сотовый не откликнулся, закончился заряд.

Чего-то не хватало ещё... небольшого, шершавого... Ну конечно! Пропала рогатка из сучка! Та, что подарила ей баенная!

- Что возишься. – грубо поторопила бабка. – Пошла, давай. Некогда мне с тобой рассусоливать.

Что-то мягкое скользнула под рукой, а после завозилось в кармане. Лида хотела посмотреть, но сдержалась, вышла в морозную ясную синь.

Глава 10

Бадюля так и не взялся провести Николая до заброшенной баньки в лесу, но это оказалось и к лучшему – Лиду снова вернуло в деревню.

- Главная за ней слётала, – захлёбываясь от эмоций, Тихон поделился новостями. – В бывшем Финином дому* сидят. Ой, что-то будет!

- Имя бедняжечку якорем держит, - заполоша задумчиво возила веником по полу. – Нет ей отсюда ходу, отовсюду притянет обратно.

- Что за главная-то? – спросил Николай. – Бадюля вроде бы всех перечислил, а про неё умолчал. Почему?

- А мы почём знаем? – отозвался Тихон от окна. – Бадюля, вон он, побёг в странствия. Теперя и не спросишь.

Бадюля, и правда, погостевал недолго. Отогревшись, снова отправился бродить. Как ни просили домовые побыть хотя бы до Крещения – отказался, не смог усидеть на месте.

- Не можно мне без дороги. Пропаду с тоски! – виновато оправдался перед давними своими знакомцами да был таков.

- И не спросишь... – задумчиво протянул Николай.

Собственная беспомощность угнетала. Лида отчаянно нуждалась в помощи, но как ей помочь он не знал.

- Да что спрашивать-та! – проворчал Тихон. – Омороча бузит, я ж тебе говорил.

- Выше бери! – обтряхнув крылышки, заполоша просеменила к печи, потащила из укромного закутка какой-то мешочек. – Оморочить не только она умеет. Тут кто-то другой расстарался. И цели неведомы.

- Подглядеть надо было, Николаш. Под коленами глянуть.