Дороти должна умереть

Из глубины ко мне протянулись невидимые руки и крепко вцепились, удерживая на месте. Каким-то странным образом я понимала, что все они принадлежат Герт. Я была в бешенстве. Сбежать от Дороти, ускользнуть из лап Железного Дровосека и его жестянок, а все ради того, чтобы меня утопила миловидная бабуля, которая, как казалось, хотела помочь и которой я доверилась?!

Предательница. «Зачем? — мысленно завопила я, прекрасно зная, что она услышит. — Зачем вы делаете это?» — «Порой излечить может только боль», — ответил далекий ледяной голос."

"Когда мне стало казаться, что легкие взорвутся от нехватки кислорода, а сознание начало потихоньку уплывать, руки Бабушки Герт ослабили хватку. Меня вытолкнуло на поверхность, где я наконец глотнула воздуха и ухватилась за гладкие каменные края бассейна. Я резко обернулась и обратила на Герт яростный взор.

— Зачем? — вновь потребовала я ответа, на этот раз вслух. — Зачем вы…

— Потому что так было нужно, — коротко отозвалась женщина, поджав губы. — Я спасала тебе жизнь.

Сначала я ей не поверила, но когда пальцы потянулись к ране, то нащупали на ее месте лишь гладкую кожу. Я опустила глаза: ни жуткой кровоточащей дыры, ни невидимых швов, ни шрамов. Рана заросла, исчезла, словно ее не было и в помине. Синяки тоже исчезли. Никогда еще моя кожа не была такой гладкой и свежей, персиково-розового цвета, словно на ней не осталось ни одной мертвой клеточки.

Да, она спасла меня. Хорошо. Но ощущение предательства никуда не делось. Вот Герт ведет себя как мой друг, а потом раз — и она уже совсем другая. Не понимаю, почему? И не знаю, хочу ли знать.

«Ты должна доверять мне, — сказала Герт, при этом губы ее не шевельнулись. — Но в то же время должна научиться не доверять никому. Даже мне». Она медленно зашла в бассейн — и исчезла. У самого края воды я заметила стопку полотенец и роскошный шелковый халат, оставленные специально для меня. Интересно, Герт положила сюда вещи, когда я отвлеклась? Или это очередное волшебство?

Если честно, мне было наплевать. Хотелось вечность не вылезать из бассейна, но я понимала, что это невозможно. Когда вода начала остывать, я нехотя выбралась на камни и вытерла полотенцем исцеленное и обновленное тело. Я никак не могла отделаться от мысли, что это — очередная обманка, уловка, призванная подарить ложное чувство безопасности. Но старая одежда испарилась, не бродить же голышом! А шелк халата так нежно ласкал кожу.

Герт вновь появилась в пещере как раз в тот момент, когда я завязывала на талии пояс, словно почувствовала, что я готова двигаться дальше, какую бы судьбу мне ни уготовили.

— Они ждут, — сообщила женщина.

— Они? — переспросила я, не глядя на нее. — И кто же эти «они»?

Я скрестила руки на груди. Лицо Герт смягчилось.