Дороти должна умереть

— Вижу, прощение тебе дается нелегко. Дорогая, порой стоит прогнуться, чтобы не сломаться.

— Вы мной манипулировали, — возмутилась я. — Уверена, вы использовали чары, чтобы заставить меня считать вас своим другом.

— Может, да, а может, и нет, — отозвалась Герт. — Но если да, возможно, тому была причина? И уж если я тобой действительно манипулировала, что мешает мне это повторить?

Я бросила на нее удивленный взгляд, но в ответ она лишь пожала плечами. Полагаю, это можно было расценивать как извинение. Я даже не представляла, куда мы идем или кто ждет нас там, но покорно последовала за Герт через вереницу пещер. Если честно, подчиняться не хотелось, но теперь я знала: иного выбора все равно нет.

Когда мы зашли в абсолютно пустую пещеру с серебристыми стенами, воздух вдруг изменился. Он стал густым и влажным. У самого свода клубились тучи, роняя нам на плечи капли дождя. В голове внезапно вспыхнула одна мысль: если ведьмы могут наколдовать дождь прямо в пещерах, по силам ли им устроить сильнейшее торнадо?

«Неужели это они принесли меня сюда?» — поразилась я.

— Если бы мы могли, то сделали бы это гораздо раньше, — отрезала Герт. — Твое появление в Стране Оз — не случайность. Тебя перенесло сюда нечто другое. Но какая бы это сила ни была, она неизвестна даже колдуньям.

Я предпочла просто промолчать. У входа в очередной тоннель Герт остановилась. Поправив ворот моего халата, она втолкнула меня в следующую пещеру, почти все пространство которой занимали огромный стол, сделанный, похоже, из сверкающих черных бриллиантов, и расставленные вокруг него стулья. Во главе стола стояла Момби и улыбалась как-то недобро. Людей, стоявших по бокам, я не знала. Наверное, какие-нибудь колдуны. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться.

— Здравствуй, Эми, — поприветствовала меня Момби. — Надеюсь, ты уже оправилась после недавних происшествий. Я рада, что в подземельях ты проявила истинное здравомыслие. И все мы счастливы, что ты теперь с нами.

Я посмотрела на ее соседей. У парня, стоявшего слева от колдуньи, была гладкая оливковая кожа. На вид ему можно было дать лет шестнадцать, может, чуть больше. Темные волосы стояли дыбом, словно он как-то раз давным-давно сунул пальцы в розетку и с тех пор позабыл, что такое расческа. Он был симпатичным, но во взгляде светло-серых глаз, которым парень одарил меня, сквозила какая-то надменность. Или, может, злость? Я нагло уставилась на него в ответ.

Кто он? Что-то не верится, что у Момби или Герт могут быть дети. А вид у этого парня был таким пугающим, что у меня по коже побежали мурашки.

— У нее на боку была ужасная рана, Момби, — заявила Герт, глядя прямо в глаза колдунье. — Впрочем, девочка не стремилась ее лечить.

Момби даже глазом не моргнула:

— Железные солдаты.