Дорога

Они вместе волновались за Кольку и ждали его, сидя на кухне и то и дело заваривая свежий чай, они в январе вместе сходили в Третьяковку на выставку Малевича, а в марте – на премьеру в новый театр Райхельгауза, они в последний год часто вместе смотрели телевизор – и трансляции с Первого съезда народных депутатов СССР, и сеансы Кашпировского и Чумака, которые привели и Любу, и Родислава в полное недоумение – они ничего не почувствовали и не поняли; Родислав даже посмотрел несколько серий «Рабыни Изауры», а остальные серии, конечно, не все, а только те, которые смогла посмотреть, ему пересказывала жена, и он с удовольствием слушал ее, потому что рассказчицей Люба была замечательной, она обладала удивительным чувством юмора и сопровождала повествование о злоключениях несчастной девушки такими комментариями, что Родислав буквально корчился от смеха. Они много разговаривали, обсуждали текущие события в стране: митинг сотрудников академических учреждений в поддержку академика Сахарова; вывод советских войск из Афганистана и дискуссию об «афганском синдроме»; опубликованную в «Правде» карту радиоактивного загрязнения, вызванного аварией на Чернобыльской АЭС; гибель подводной лодки «Комсомолец»; разгон демонстрации в Тбилиси и танки, дубинки и саперные лопатки на проспекте Руставели; волнения в Армении и Нагорном Карабахе; вывод советских частей из ГДР; возвращение гражданства Юрию Любимову и многое другое. Восемьдесят восьмой и восемьдесят девятый годы были богаты событиями, страну сотрясали перемены, и супруги Романовы всегда находили о чем поговорить. Они даже вместе сходили в первый в Москве «Макдоналдс» на Пушкинской площади и выстояли многочасовую очередь, очень уж любопытно было посмотреть и попробовать ту самую заморскую еду, про которую так много раз они читали в книгах.

Но не только проблемы с сыном и обсуждение общественных событий их сблизили. Был еще и дефицит, да такой, какого Романовы на протяжении своей жизни не знали. С прилавков пропало все, сахар и сигареты продавали по талонам, за ватой, мылом и стиральным порошком надо было долго бегать, чтобы «поймать» место, где их «давали». Исчезли многие продукты, и Родислав впервые за все время службы стал интересоваться заказами, которые выдавали в министерстве, а также ассортиментом министерского буфета. Прежде Люба, не считавшая возможным нагружать мужа бытовыми проблемами, занималась продуктами сама, но теперь и ему пришлось подключиться, и он периодически приносил с работы то синюшную жалкую курицу, вероятно умершую от голода, то батон колбасы, то килограммовый пакет гречневой крупы, то пару банок сгущенки, а однажды притащил домой несколько рулонов туалетной бумаги, которой в магазинах обычно не было.