Дом в Мансуровском

Если ребенку даешь имя рано умершего человека или человека с трагической судьбой… – Ася помолчала, словно набиралась сил, чтобы продолжить. – Так вот, тогда ребенок повторит судьбу того человека. – Выпалив это, она подхватила малышку и у двери оглянулась: – Обед через полчаса, а тут и наша Томочка уснет! Да, моя красавица?

Обедали молча, после обеда профессор ушел отдыхать, а Ася, посмотрев на Марусю, шепнула:

– Да не переживай ты! Смирится. Привыкнет.

* * *Леша приехал через полтора месяца. Отношений не выясняли – он был счастлив, что выяснять?

– И правильно, что Юля увезла тебя в Москву! Какое «прости», в чем ты виновата? Маруся, любимая, вот тебе досталось! Столько времени в больнице! Страшно представить. Ты у меня героиня! А Тома красавица, вся в тебя, Мань! В меня? Ха-ха, перестань! Нашла красавца́! И еще, Мань, спасибо. Спасибо за имя. Честно говоря, я и не рассчитывал. Ну что, на улицу? Томе надо гулять. Да и мамаше не помешает. И погодка способствует! Мань, одевайся! А я жду внизу с коляской.

Счастье. Одно сплошное счастье. Красивая и здоровая дочка, и черт с ней, с больницей, и с обидами на Юльку. Все прошло, все забыто, и Юльке надо сказать спасибо и еще извиниться, объяснить, что это гормоны. Счастье, что Лешка и не думал обижаться и счастлив до небес, дочку с рук не спускает! И он нежен с Марусей, так нежен, что кружится голова. А может, она кружится от недосыпа? И все между ними как раньше. Нет, не как раньше, а в сто раз лучше! Лучше и ярче, крепче и сильнее. И ничего, ничего не может сломать и разрушить их любовь. Теперь-то уж точно – теперь, когда у них есть Томочка. И Лешку своего она любит так сильно, что щемит сердце. Какая она счастливая, как ей повезло! Только ужасно, что Лешкин отпуск подходит к концу и ему скоро придется отправиться в часть, к месту приписки. Он ни разу не пожаловался, как было трудно в походе. Только «все хорошо, ничего сложного, это моя профессия». Ее героический муж, морской офицер. А она жена офицера, и ей предстоит растить дочь, беречь очаг, писать письма, скучать и ждать, ждать, ждать…

Эту судьбу она выбрала добровольно. И, кажется, ничуть не жалеет! Но через две недели Леша уедет, и это ужасно.

А она? Разве они с Томочкой не поедут с ним? Или она не заметила, как все решила и договорилась с собой? Все правильно, Томочке лучше побыть полгода здесь, в столице, где и врачи, и теплое лето, и свежие продукты. Хотя бы первые полгода, а? Так же лучше для ребенка, правда?

Маруся, признайся, ты не хочешь уезжать из Москвы. Ответь честно хотя бы себе – ты ищешь повод! А, Юлькина свадьба! Вот и повод, и повод серьезный. Что ты еще, Маруся, придумаешь? Что еще сочинишь, чтобы остаться?

Ты боишься возвращаться в поселок, боишься остаться без Асиной помощи, Асина помощь незаменима.