Дом голосов

И все же он услышал косвенное подтверждение того, что не ошибался: если Ханна ночевала в другом месте, стало быть, могла находиться в городе сколь угодно долго. Женщина не спеша готовила представление, даже убогий номер в отеле «Пуччини» был его частью.

Она еще здесь, сказал себе Джербер.

Довольно с него всей этой лжи: необходимо срочно поговорить с Ханной. Одна мысль пришла Джерберу в голову, и он полез в карман за сотовым телефоном.

Тотчас же позвонил Терезе Уолкер.

Голос в записи сообщил ему по-английски, что в данный момент абонент недоступен.

Он сделал еще несколько попыток, даже уже вернувшись домой. С тем же успехом. Наконец, издерганный, выбившийся из сил, прислонился к стене в коридоре и медленно сполз на пол. Так и сидел в темноте. Никак не мог смириться с очевидным.

Ханна Холл больше не вернется.

В отчаянной попытке снова встретиться с ней он решил поискать в единственном месте, какое еще оставалось. В Интернете. Уолкер как-то сказала ему, что в Австралии проживают две женщины тридцати лет, носящие это имя. Одна — всемирно известный морской биолог, вторая — их пациентка.

Джербер открыл браузер на смартфоне и вбил имя в поисковик. Когда появились результаты, почему-то вспомнил о созданиях, не имеющих тени, о которых говорил синьор Холл. Из глубин сети как раз и вынырнуло нечто неожиданное, о чем, впрочем, он легко мог догадаться, если бы не позволил себе обмануться видимостью.

Всемирно известный морской биолог, чьи фотографии показались на экране, была неотличима от его пациентки.

Двух женщин по имени Ханна Холл никогда не существовало.

Вот только вид этой единственной никак нельзя было назвать запущенным. Она стояла у штурвала яхты, и светлые волосы развевались на ветру. И она улыбалась так, как никогда не улыбалась при нем, отчего Джербер ощутил легкий укол ревности. Но главное, перед ним, внешне неотличимая от прежней, возникла совершенно другая женщина.

Ему бы порадоваться тому, что Ханна — настоящая Ханна — преодолела травму похищения, а потом внезапной перемены, когда ее внедрили в незнакомую семью. Восхититься тем, что она построила свою жизнь, не поддавшись влиянию всего, что с ней случилось. Но он мог думать только об одном: зачем Ханна Холл устроила это представление, чтобы потом исчезнуть. Он был готов поклясться, что в действительности она вела здоровый образ жизни и не курила совсем.

Тут кто-то позвонил в дверь. Пьетро вскочил, побежал посмотреть, кто пришел, молясь, чтобы это была она. Но, увидев лицо, показавшееся в дверях, испытал разочарование.

Лицо, однако, было знакомым.

— Полагаю, это ваша, — прокуренным голосом проговорила бывшая сотрудница Сан-Сальви.

Потом подняла руку и показала ему старую фотографию, украденную из семейного альбома.