Дом голосов

— Потому что это, по-моему, важно.

Пьетро Джербер хотел было ответить, но на другом конце линии Тереза Уолкер сделала то, чего никогда раньше не делала.

— Стало быть, до сих пор ты всегда говорил по телефону с Ханной Холл…

Сильвии с трудом верилось, что Ханна Холл все время притворялась Терезой Уолкер, а он не догадался об этом раньше. Пьетро Джербер понимал, что она права.

— Разумеется, едва что-то заподозрив, я тут же позвонил в кабинет Уолкер в Аделаиде… И знаешь, что выяснилось?

— Что? — вскинулась Сильвия.

— Я поговорил с ассистенткой, и та сказала, что доктор — в горах, ведет семинар по гипнозу с несколькими пациентами и не хочет, чтобы ее беспокоили по мобильной связи… Тут я оставил ассистентке свой номер: пусть доктор мне перезвонит, когда сможет.

— Значит, ты не вполне уверен, что Ханна притворялась доктором Уолкер. — Сильвия казалась разочарованной.

Но у Джербера был в запасе неожиданный поворот сюжета.

— Когда я спросил у ассистентки, не привержена ли коллега курению, та, сильно изумившись сначала, ответила, что доктор Тереза Уолкер не выносит даже вида сигареты.

Он разбудил жену среди ночи, чтобы сообщить ей тревожную новость. То, что он ее впутал в это дело, их сблизило. Теперь они сидели в темноте на супружеской кровати друг напротив друга, поджав под себя ноги. Говорили вполголоса, с опаской, словно во тьме, их окружавшей, кто-то незримый таился и мог подслушать. Хотя никто из двоих еще не высказал это прямо, оба были напуганы.

— При таком раскладе Ханна Холл, возможно, не настоящее имя, — воскликнула Сильвия.

И была права, они об этой женщине ничего не знали.

Психолог припомнил все сведения, какие невольно выдал лжегипнотизерше: они-то и помогли Ханне построить свой рассказ. Он и об Эмильяне говорил. Но больше всего Джербера бесило то, что он излагал ей подробности своей частной жизни.

В одном, надо признаться, Ханна Холл была права. Призраки в самом деле существуют. И эта женщина — одна из них. Вот почему он не нашел документов об удочерении итальянской девочки семьей из Аделаиды, давшей ей имя. Такого имени попросту не существовало.

Он невольно рассмеялся.

— Что с тобой? — рассердилась Сильвия.

— Уолкер даже сказала мне, что в Австралии есть две Ханны Холл, наша пациентка и всемирно известный морской биолог… Насколько можно предположить, эта женщина даже не австралийка.

— Ладно, хватит, — одернула его жена, хотя и сама находила трагикомической сложившуюся ситуацию.

Они взглянули друг на друга, уже серьезно.

— И что нам теперь делать? — спросила Сильвия, как всегда практичная.

Пьетро Джербера это в ней восхищало.