Дом-фантом в приданое

 — Вы же почти моя родственница! Вы столько лет прожили рядом с моим дедом, и к тому же я еще вывез ваш мусор!

Олимпиада ни в какую не желала представлять себя его родственницей!

— Да откуда же она взялась на чердаке, если Парамонов с крыши упал? Он же не мог сначала лопату на чердак поставить, а потом упасть!

— Не мог, — согласился Добровольский. — В том-то и дело. Значит, лопату поставил кто-то еще. Тот, кто его толкнул. Тем более что вы держите лопаты в подвале, а не на чердаке. Я этого не знал.

Олимпиада допила виски.

Ей тоже, честно говоря, не очень нравилось это питье, но приходилось делать вид, что нравится — а как же иначе?

— Да, но это значит, что его… убили?!

— О чем я вам и толкую, — сказал Добровольский нетерпеливо. — Именно об этом.

— Но зачем кому-то понадобилось убивать… Парамонова?!

— А этого вашего слесаря зачем? И еще дополнительно взрывать его под дверью вашей квартиры?! Или вы по совместительству идеолог Аль-Кайды?

— Нет, — призналась Олимпиада. — Нет, конечно.

Добровольский посмотрел на нее.

— У меня есть только одна версия, — сказал он, взвешивая, говорить или еще подождать. Олимпиада смотрела на него, и он решился:

— Я думаю, что следом за слесарем должны были убить вас. Это чистая случайность, что, когда вы открыли дверь, он не упал на пол и детонатор не сработал.

— Он на меня упал, — уточнила Люсинда Окорокова и распахнула голубые глазищи, как у красавицы из сказки «Морозко». — Я тоже чуть не свалилась!.."

"— Ваша подруга остановила его падение. Провода не соединились, не разъединились, я не знаю, как планировалось, — продолжал Добровольский. — Взрыва не произошло. А когда его стали поднимать, а потом уронили, устройство сработало.

— Из-за вас уронили, между прочим, — заметила Олимпиада Владимировна. — Это вы закричали: провода, провода!..

— Я должен был молчать?

— Ах, ничего вы не должны!.. — с досадой воскликнула она. — Просто все это не лезет ни в какие ворота!

— Вот именно, — согласился Павел Петрович. — Совершенно непонятно, как он оказался у вашей двери, каким способом его убили, зачем взорвали?!

— Да я тут ни при чем! — крикнула Олимпиада. — Зачем меня взрывать?! Зачем?!

— А зачем Парамонова с крыши сталкивать?

— Я не знаю!

Добровольский тоже допил виски и прикинул, не налить ли еще.

Плохо, что у него нет никакого прямого выхода на местную милицию. Конечно, он уже давно написал запрос, и созвонился с помощником, и «нажал на кнопки», но пока результата не было, а время уходило, и он не мог тратить его просто так! Неизвестно, что будет дальше и кто станет следующим.

В том, что будет следующий, Добровольский не сомневался.

Какой странный дом. Какой опасный дом.

И ему не на кого положиться в своих… расследованиях. Он никому не может доверять.