Докажи мне

Собственно, именно опекунша и еще одна соседка, бабушка Олеся, которая умерла в прошлом году, и привили Даше с самого детства веру в то, что не все можно увидеть, пощупать или законами логики объяснить… Той логики, которой материалисты все мерить привыкли. А оно все равно существует в мире.

Обе женщины выросли в селах, с молоком матерей впитав традиции и верования, передававшиеся из поколения в поколения, а в осиротевшей, считай, Дарье, благодатную почву нашли… Да и, на удивление даже соседок, у Дарьи все это как-то больно легко ладилось: сны, которые видела, исполнялись почти всегда; карты ложились так, что ответ на вопрос получала чаще других; даже гуща кофейная могла подсказать решение…

А еще — интуиция. Некое тревожно-настороженное чувство в груди, которое подталкивало или предупреждало, когда стоило шаг вперед сделать или остановиться лучше… Благодаря такому «толчку», она и согласилась помощницей Гутника стать, хотя разум говорил, что не следовало бы…

— И что там за спешка? — Евгений встретил ее в коридоре, где находились и двое других охранников.

Кивнул, приглашающее махнув идти за ним, а сам зашел в какую-то дверь. Даша не спорила, зашла. Тоже понимала, что говорить о чем-то там, где множество людей ходит — не их вариант.

— Понятия не имею, полковник же мне доступ к этому расследованию не давал, — пожала плечами, словно бы ей дела до этого нет.

Осмотрелась: они зашли в какой-то стандартный больничный кабинет, но здесь никого не было. Правда, в боковой стене имелась еще одна внутрення дверь. Возможно, там кто-то…

Но ее прям укололо разочарованием, что Гутника не увидела. А неслась сюда, как дурочка!

Расстегнула пальто, в помещении оказалось довольно тепло. Отвела от лица пряди… Ну вот угораздило же сегодня укладку сделать, локоны крутила!.. Пыталась настроение создать, пфф!.. И как, пригодилось?

Хорошо, что хоть от компании Прозапаса избавилась, уже плюс.

А Евгений почему-то глаза отвел, словно мужчине за было неудобно за недоверия шефа к ней.

— Николай просто очень хотел, чтобы Олег Георгиевич как можно быстрее на это посмотрел. А я не говорила, что вы в больнице, не думаю, что стоит афишировать. Полковник и так халатно относится к реабилитации, может, в порыве очередного приступа трудоголизма, на себя совсем рукой махнуть. Вот и решила, что лучше сама привезу, чтоб его не отвлекали, — объяснила, не упоминая, разумеется, ни про свой мандраж и дикое желание увидеть Гутника, ни про необходимость избежать ухаживаний коллеги.

Натянула на губы усмешку, пытаясь не выдать состояние.

— Пообещала позвонить, сообщить, как им дальше действовать.

— Ясно.