Докажи мне

В такое время дороги пустые, никаких пробок, ехать — одно удовольствие. И раз уж весь отдел не спит, то ладно, меньше будет на судьбу грешить, толпой оно как-то веселее не спать, что ли. Все впахивают, хоть и не столько, сколько он, кажется, уже и забыв, когда в последний раз выходной брал. Про отпуск и говорить нечего, не в курсе Гутник был, что это за зверь.

Машина медленно притормозила, ожидая, когда красный сигнал сменится зеленым, Олег откинулся на подголовник, словно в сон на секунду провалившись…

И вот в этот момент прогремел взрыв, выедая глаза кобальтовым огнем, разрывая жаром легкие!.. Андрей заорал от боли, а Гутник…

Ни фига он не успел, захлебнулся пламенем и жаром…

Соколенко Дарья подорвалась с тяжелым, муторным чувством на душе, пытаясь из остатков сна выбраться. Села в кровати рывком, не понимая, отчего сердце так сильно колотится, будто пытается вырваться из грудной клетки, проломить ребра. Аж голова разболелась, пульсировало в висках. И почему-то плакать хотелось… Нет — выть, закусив губу, до сорванного голоса обвиняя в чем-то Небо…

Ей что-то снилось, но она никак не могла вспомнить, что именно? Детали сновидения ускользнули из памяти сразу, стоило открыть глаза. Хотелось на секунду замедлиться в этом утре, глубоко вдохнуть и картинка за картинкой воскресить в голове то, что оставило после себя такую тревогу и горе… Не вполне обычно для нее, хоть и не сказать, что отличалась оптимистичным взглядом на жизнь, нет.

Однако и в таком горе давно не просыпалась. Да и чаще всего помнила свои сны. И случалось, что среди них вещие мелькали, хоть и мало кто верить был готов… Только вот она те запоминала обычно. Странно…

Но сейчас совершенно не было времени разбираться! На часах без десяти минут шесть. Ей нужно быстро собраться, привести себя в порядок и поесть. А потом еще добраться до главного управления СБУ, где с сегодняшнего дня в архиве Дарье предстоит подменять тетю Нюру, соседку и самого близкого человека, который у нее остался. Отца таковым точно не могла считать, а брат… Ничего о брате не знала больше трех лет, уже не осталось сил надеяться, так что…

Приказав себе не думать о плохом и непонятном, сосредоточившись на основном сейчас, Дарья быстро направилась в душ. Тетя Нюра или Анна Тимофеевна, была их соседкой столько, сколько Дарья себя помнила, еще с ее мамой дружила. И потом, когда мама Даши умерла, не отвернулась, приглядывала за девочкой, за которой больше и некому оказалось, хотя родные и имелись…

Потому и сейчас, когда помощь понадобилась уже тете Нюре, Дарья сама вызвалась, даже академотпуск в юридическом взяла.

Туда она также не без помощи Анны Тимофеевны и ее протекции поступила.