Телохранитель для дочери

 – Все позади…

Я смотрела на нее растерянным взглядом, а потом скользнула взглядом по стоящему напротив отцу, на лице которого застыли неизвестные мне эмоции. Он никогда не показывал слабину, а тут, кажется, расклеился и готов был всплакнуть от счастья, что его непутевая дочь жива.

– Мам, – я ненавязчиво отстранилась от ее поглаживаний. – А где Марк?

Родители переглянулись.

– Он улетел сегодня утром, Ника, отец забрал его, – ответил папа. – С ним все хорошо.

«С ним все хорошо» – пронеслось в сознании, но горечь от того, что он меня бросил, чувствовалась на кончике языка.

Вот все и возвращается на свои места – он снова станет моим телохранителем, а я его объектом охраны.

– Но он позже вернется к своим обязанностям? – негромко уточнила я.

Отец отрицательно покачал головой, и внутри меня в этот момент рухнула выстроенная временем высокая башня.

– Скорее всего, нет, милая. В их семье случилось горе, так что думаю, Марку будет не до того, чтобы охранять тебя. У него появятся другие обязанности.

Горе? Да что могло случиться за столь короткий срок?

– Но что произошло? – я подалась вперед, будто это могло как-то повлиять на скорость ответа. – Что-то с Майей?

– Нет, с ней все нормально. Дело в том, что их мать несколько дней назад скончалась. Она долгие годы боролась с раком, но болезнь оказалась сильнее, – папа опустил голову. – Я уже выразил Владлену свои соболезнования.

Спустя несколько дней мы вернулись на родину.

После моего отсутствия тут совсем ничего не изменилось, просто казалось, что я очнулась после глубокого сна и вот снова начала жить своей жизнью, но, на самом деле, уже ничего не было так, как прежде. За столь короткое время изменилась я и мое представление о жизни, которая, оказывается, такая хрупкая, что может оборваться в любой момент.

Я переживала за Марка. Пыталась позвонить ему, но абонент был выключен. Мне хотелось быть рядом в такой тяжелый для него период, но сделать этого я элементарно не могла – меня не выпускали за пределы дома, пока не подыщут нового телохранителя, ведь отец так и не уладил свои проблемы и мы все еще были в опасности.

Нина Николаевна порхала вокруг меня и все время пыталась чем-то покормить, ссылаясь на то, что я исхудала, в чем я с ней согласна – я потеряла за это время пять килограммов и некоторые джинсы стали на мне висеть.

А еще никто кроме нашей семьи и семьи Молотовых не знал, что мы пропадали без вести. Было странно слушать просьбы Ксюши скинуть больше фоток, рассказать, как я отдохнула и что ей привезла, а я не могла ей ничего рассказать, уж тем более того, что произошло на острове между мной и Марком.

Открыв фото-галерею, я уставилась на наши с брюнетом фотографии, которые мы успели сделать, прежде чем телефон окончательно разрядился.