Дочь викария

— Похоже, что так, — подтвердил Томас.

— Значит, вы можете дать Мегги все, что она захочет.

— Обязательно, — заверил Томас, наклонив голову. Рори погладил его по плечу. Мегги еще раз поцеловала младшего брата, прежде чем отдать отцу.

Чувствуя, как болят ребра от родственных объятий, Мегги позволила мужу усадить себя в экипаж, но тут же выглянула в окно, махая рукой и улыбаясь, пока не заныли губы.

И в следующий момент Гленклоуз-он-Роуэн пропал из виду, потому что Томас повернул ее лицом к себе, притянул ближе и поцеловал. И отпустил, прежде чем она успела сообразить, что происходит и что должна делать в подобных случаях.

— Ты не открыл рта, — пробормотала она, прижав палец к нижней губе. — И не дал времени ответить на поцелуй. Может, мне следовало бы чуть раздвинуть губы. Я не люблю начинать то, что уж точно не смогу закончить.

— Похоже, ты говоришь о постели.

Он даже не улыбнулся. Только развязал пышный бант у нее под подбородком, стянул модную шляпку и положил на противоположное сиденье.

— У тебя чудесные волосы, Мегги.

— Спасибо. И у тебя тоже. Темные, как смертный грех, почти такие же черные, как глаза. По крайней мере, в полумраке они выглядят черными. Мы с тобой совсем разные, Томас, и мне это очень нравится. Я собираюсь каждый день благодарить Бога за то, что он создал тебя таким, как есть. А теперь, пожалуйста, скажи, куда мы едем в наше свадебное путешествие.

— Еще рано. Сама увидишь. Ладно, намекну, пожалуй. Я везу тебя в один из своих домов.

Мегги задохнулась от волнения.

— Поплывем в Италию?

— Нет. Не в этот раз. Но не расстраивайся. Скоро стемнеет, и мы проведем ночь в Эксетере.

— Значит, мы направляемся на запад.

— Совершенно верно.

Она шутливо ткнула его в живот. Томас сделал вид, что ему ужасно больно, и из вежливости застонал.

— Я ваша жена, сэр. И неприлично иметь от меня секреты. Томас ничего не ответил, и Мегги, откинувшись на спинку сиденья, подняла окно: под вечер заметно похолодало.

— Мы едем в Корнуолл?

— Да, но не это наша конечная цель.

— Я видела, как ты говорил с дядей Райдером. Твое мнение о нем изменилось к лучшему?

— Я считаю его необыкновенным человеком и с некоторых пор понял, что нехорошо слушать сплетни, более того, глотать их с такой жадностью, как котенок-молоко.

— Хорошо сказано. — Мегги сжала его руку, — Ты мой муж, Томас. Правда, удивительно?

— Я хотел тебя, — просто ответил он. — И теперь ты моя.

— В твоих устах это звучит так, словно я заманчивый приз, который ты ухитрился выиграть.

— Что же, можно сказать, ты права.

— Чушь. По-твоему, я нечто вроде вещи? Что-то не очень нравится мне это заключение.

— Если верить Библии, жена — это имущество мужчины, хотя само слово вызывает не слишком приятные ассоциации. Имущество, как и жена, подразумевает наличие владельца.