Дочь моего врага. Цвет горечавки

В душе я готова была его убить, но мое тело предательски трепетало и подстраивалось под его движения, чтобы мир вокруг снова взорвался тысячью разноцветных вспышек.

Так что жарить мясо до полуготовности я научилась мастерски. Правда, сама его не ела.

Жрец аккуратно отрезал кусочек, на срезе которого тотчас появился слегка розовый сок, что свидетельствовало о том, что говядина приготовлена правильно. Он ел молча, не глядя на меня, а я сидела напротив, и, как послушная болонка, ждала, когда хозяин насытится и приласкает ее.

Ненавижу себя за такие мысли! По-моему, у меня уже появилась некая форма зависимости от жреца и секса с ним, и это гадко и противно…"

"Однажды митера Хтония рассказывала страшную историю про Гольпадокских насильников… В Гольпадоке орудовала банда очень наглых грабителей, которые жестоко расправлялись с несчастными, попавшимися на их пути: грабя, они отрезали у мужчин уши, язык, или достоинство, а у женщин груди, пальцы ног и рук. Отрезанные части тела они забирали с собой. Солдаты тамошнего князя с ног сбились, разыскивая этих нелюдей, но они были неуловимы. И вот однажды княжеской страже удалось выйти на след преступников и устроить на них облаву.

Но те оказались настолько ловки, что с боем вломились в дом князя и засели там в осаде, взяв в заложники беременную жену князя и ее приближённых дам. Бедный князь, поседевший в одну ночь, десять дней не решался отдать приказ о штурме, а когда, наконец, во главе стражников штурмовал замок, то едва не сошел с ума. На протяжении всех десяти дней бандиты насиловали женщин, а главарь банды — статный красавец, какого не сыскать, его жену. Но, странное дело, когда прибыло долгожданное спасение, женщины кинулись к спасателям в ноги, умоляя пощадить своих мучителей. Они прониклись симпатией к извергам, влюбились в них, а жена князя и вовсе объявила, что ребёнок, которого она ждет, не от князя, а от главаря бандитов, которого она любит больше жизни и готова пойти за ним хоть в тюрьму, хоть на эшафот.

Конец у этой истории был печальный: бандитов вместе с красавцем-главарём повесили, а шесть из десяти женщин, которые были с ними в замке, покончили с собой, в числе них и жена князя. Но срок был уже большой и ребёнка вырезали уже у нее мертвой из чрева. Он выжил и продолжил род князя.

— О чем задумалась, цветик?

От неожиданности я вздрогнула. Джерт смотрел на меня через весь стол странно мерцающими золотистыми глазами.

— Ни о чем, — я опустила ресницы и принялась теребить себя за кончик прядки.

Никак не могу привыкнуть к тому, что у меня такие длинные и густые волосы.

— Интересные разговоры доходят до меня… — Джерт отставил пустую тарелку, и как ни в чем не бывало, налил себе воды. Он не пил вина, пива, сока — только кофе и воду.