Дочь моего врага. Цвет горечавки

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В конце концов, мне это надоедает. Пусть моя магия крепко-накрепко запечатана, больше я сидеть, сложа руки, не могу! Как там делал жрец? Я поднесла тыльную сторону ладони к своему синему цветку и сосредоточилась.

— С ума сошла… — мрачно констатирует Кириаки. — У тебя же нет магии, Горечь!"

"И тут происходит сразу несколько важных вещей — из горечавки под действием моей ладони вытекает синее облачко эфира. От неожиданности я спотыкаюсь на ровном месте, равновесие мне удается удержать, но припрятанный в тунику свиток с эротическими картинками выпадает на пол и предательски раскрывается. Я ахаю и нагибаюсь за ним, из-за чего мой эфир распадается в воздухе. Но Кириаки проворнее. Точно злобная фурия, она прыгает за свитком.

— Это ещё что у тебя такое, Горечь? — шипит девушка и вглядывается в движущихся на пергаменте человечков, от чего ее щёки краснеют, а по лицу расплывается довольная улыбка. — Жрец Джерт! Жрец Джерт! — громко зовет эта поганка. — А смотрите, что Маргери носит с собой!

Эх, провалиться бы мне сейчас прямо к богу Эрлу в его подземное царство! На этот раз одними пунцовыми щеками дело не обходится! Я вся с ног до головы становлюсь цвета спелой клюквы, и разнообразные мысли лихорадочно скачут в моей голове.

И надо же было этому глупому свитку выпасть, когда во мне проснулась магия и испортить весь настрой! А вдруг Джерт догадается, что я подглядывала за ним и Эрлеа?

Моя богиня! Что ж я вечно позорюсь-то перед всеми, а?

Жрец врастяжечку подходит к нашему столу и берет из рук Кириаки постыдный свиток. Кидает на пергамент один-единственный взгляд и гипнотизирующе смотрит своими золотистыми глазами на меня.

— И зачем же тебе это, Маргери? — спрашивает Джерт вкрадчиво. — Зачем ты идешь против воли Хеб? Ведь богиня считает, что ты ещё не готова к соитию. Я понимаю, конечно, что ты так о нём мечтаешь, но нельзя идти против воли богини!

Лихорадочно кусаю губу и вдруг понимаю, что в голосе жреца скука. Ему скучно! Он прекрасно знает, как он великолепен и как сильно я хочу его, но жалкая дурнушка-девственница, изнемогающая от любви и рассматривающая тайком свиток с сексуальными позами, ему скучна.

Это осознание доставляет мне боль. Мне хочется выкрикнуть жрецу в лицо, что сегодня ночью я была на источниках Хеб, что симпатичный парень Лукиан наблюдал за тем, как я купаюсь, и хотел меня!

Но этого делать нельзя и потому я, окруженная насмешливыми послушницами, которые сбежались посмотреть, в чем дело, опускаю взгляд в пол.

Я отомщу тебе, жрец! Отомщу за это унижение, за то, что пренебрегаешь мной.