Дочь воина, или Кадеты не сдаются

С удивлением я посмотрела в потолок, белый и каменный… Огня нет?! Нет? Но почему я сгораю?

— Вот и хорошо. Киран, посмотри на меня. — Голос был женский.

Медленно повернула голову в сторону, откуда доносился говор, и увидела странное создание в черном балахоне и черном же шарфе. Видны были одни глаза… черные.

— Киран, дочь Киары, смотри на меня, — сказала та, чей рот я не видела, может, поэтому создавалось ощущение, что женщина говорит в моей голове.

И я хотела смотреть… хотела… но не могла…

— А-а-а! — хриплый отчаянный крик вырвался из моего горла, а тело изогнулось дугой. — Мама…

Меня вновь скрутило, как тогда… когда рядом была Ашара, но сейчас боль все нарастала, не прекращаясь ни на мгновение, и я закричала снова…

— Держите ее, — послышался голос одетой в черное. — Плохо, слишком плохо. Я не справлюсь одна, пригласите эйтну клана МакЭдл.

Она говорила что-то еще, но я уже не слышала, вновь срываясь на отчаянный гортанный хрип… Наверное, я умираю… наверное, это все…

— Мама… мамочка… мама… — Я уже только шептала. — Позовите маму…

Открылась дверь. Быстрые шаги… прохладные ладони обняли мое лицо… такие знакомые руки…

— Нет, Киран, нет… но все будет хорошо.

Снова боль! Она взрывает меня изнутри, она сжигает меня снаружи… Кричать я уже не могу, и только стоны вырываются сквозь израненные губы… И я почти проваливаюсь в спасительное бессознательное, но мешают слова:

— Она теряет сознание.

— Нельзя допустить. Слишком большая кровопотеря, может не очнуться.

И вдруг удар. По щеке. Резкий, болезненный. Я распахнула глаза и уставилась на отца. В какой-то момент я просто смотрела на него, затем проговорила:

— Ты доволен? — Слова получались хриплые, говорить я практически не могла, и все же. — Теперь я понимаю, почему мама сделала все, чтобы я не попала на Иристан… Теперь… понимаю…

Очередной приступ, и я снова срываюсь на крик…

— Хассар Айгора, зафиксируйте ее. Держите крепко!

И руки человека, которого я так ненавидела, прижали к постели… Больно… так больно.

— Мама-а-а. — Мой отчаянный крик, и снова взрыв боли…

— Смотри на меня, — первая эйтна обхватила мое лицо ладонями, — смотри на меня!

Я дернулась, пытаясь вырваться, но тут… ее черные глаза начали медленно увеличиваться, и я до крайности заинтересовалась данным феноменом. Я так увлеклась разглядыванием очевидного невероятного, что лишь краем сознания отметила несколько уколов в предплечье… А потом черноглазая вдруг сказала:

В ту же секунду она отпустила мое лицо и повалилась под кровать с глухим стуком.