Дочь воина, или Кадеты не сдаются

И намного страшнее — неизвестность всегда пугает… И мне казалось, что я умираю… гибну, истекаю кровью, а внутренности разрывает все то же каленое железо…

Я не помнила, как вышла из Шоданара, в полубредовом состоянии пересекла дорогу едва не столкнувшись с каким-то экипажем, а потом я услышала:

И потеряла сознание.

История двенадцатая, бегемотонаказательная

— Киран, деточка, где ты его нашла?

Причитания Ашары вернули меня в неприятную реальность. Открыв глаза, я поняла, что лежу на постели, в своей спальне… точнее, не лежу, а фактически корчусь.

— Больно… — простонала я, выгибаясь на скомканных простынях.

— Ох, бедненькая. — Мокрое полотенце осторожно положили на лоб.

Стало легче… ненадолго…

— Ашара, что со мной? — простонала я, чувствуя очередной нарастающий виток боли.

Это не должно быть так! Такого после секса не бывает… ну совсем никак… Новый приступ — и я кричу, срывая охрипшее горло.

— Где ты его нашла? — встревоженно вопросила старуха. — Кира, Пантереночек, чем слабее воин, тем позже приходит боль. Нрого стар, ты испытывала бы страдания лишь к закату и намного слабее, но сейчас… Кто он? Кого ты себе нашла, глупая девочка?

Но я уже не слушала ее. В очередной раз изгибаясь на постели и раздирая истерзанное горло очередным криком…

— Кирочка… — Ашара едва не плакала, — Кирочка…

А я снова потеряла сознание.

Мне снился наш первый тренировочный бой в режиме реального присутствия. И я пилотирую малый фланговый истребитель… Вражеская армия внезапно выныривает из астероидов, руководство пускает нас в расход… взрыв… Тело накрывает стена пламени… боль… Смерть…

Вот только вместо слов преподавателя «Бой окончен» я слышу:

— Киран, дочь Киары, открой глаза.

Глаза?! Как? Здесь огонь, он сжигает мою кожу, мои веки, и я зажмуриваю их сильнее, в отчаянии понимая, что при таких повреждениях не спасет и гелликс… Этот бой мне не засчитают, придется пересдавать…

И мой хриплый ответ, ранящий обожженные губы:

— Киран МакВаррас, кадет. Первый курс обучения. Бой проигран. Корабль уничтожен. Экипаж погиб.

Сейчас учитель должен вынести решение. И я жду… жду его слов, жду, когда боль прекратится, жду момента, в который пламя отступит и я проснусь в гипкапсуле.

— Киран, девочка, открой глаза.

Что-то не так. Что-то совсем не так. И остается вопрос:

Тишина. Почему они молчат? Почему?

И голос крайне неприятного мне человека:

— Да, кадет Киран МакВаррас, это приказ. Открыть глаза!

Мне не нравится этот человек. Мне не нравится приказ. Мне не нравится что-то еще, и я не могу понять что. Но приказ есть приказ.

— Есть, сэр. — Я не узнаю свой голос.

Глаза… я открываю их с трудом, ожидая увидеть ревущее пламя и собственную висящую лохмотьями сожженную кожу. Но огня не было.