Дочь седых белогорий

Где бы ни был, куда бы ни шёл – всегда, постоянно со мной…

Он не договорил, схватил ладонями её голову, притянул к губам, утопил девичье лицо поцелуями. Она не отстранилась. Стала покорной, податливой. Прикоснулась руками к его плечам, вцепилась пальчиками в рубаху, утонула в чувственных ласках.

А Филя уже не владеет собой. Крепкие руки сжимают трепещущее тело девушки. Грузно наваливается на податливую фигурку. Вздрогнула Лиза, поняла, что сейчас произойдёт. Вывернулась, освободилась, отскочила и, задыхаясь от рвущегося дыхания, испуганно заговорила:

– Э-э-э, нет! Остынь. Нельзя этого… Не надо. Не время. Что же это ты, опозорить хочешь?

– Да что ты, Лизонька! Я же люблю тебя! Твой я, навсегда…

Потянулся вслед за ней, хотел поймать, прижать к себе своё счастье. Но девушка отбежала ещё дальше, заметалась по кустам игривой белкой, громко заговорила:

– Не подходи близко, кричать буду!

Замер Филя, обречённо остановился, опустил руки. А она, поправляя косу, продолжила:

– Лиза, увидимся вечером? – с надеждой спросил он. – Здесь же, на закате?

Девушка кокетливо передёрнула плечами, выстрелила глазами в его сторону, тихо ответила:

– Не знаю, может быть. До вечера дожить надо…

Убежала. Оставила парня наедине с собой, как будто ничего и не было. Не верится Филе, то ли была она, то ли нет? Может, приснилось?.. Но нет, не приснилось! Всё ещё звучат в его ушах её слова. Руки помнят трепет хрупкого тела, губы горят страстным поветрием нежных поцелуев!..

Но не пришла Лиза вечером в условленное место. Напрасны были его ожидания, мучения. Сестричка Катя принесла весточку от нее, небольшой измятый листочек, на котором быстрым, броским почерком было торопливо написано:

Филю как будто в костёр бросили:

«Эх, сволочи! Вот оно что, не зря Лазарь мне так улыбается, хочет на хребте прокатиться! Участок застолбить… Ну и гады! Значит, Солоха пасти будет… Ладно, посмотрим, кто кого будет скрадывать. Но Лиза! Ах, Лиза, милый мой человечек, спасибо тебе, никогда не забуду твоё предупреждение. Но кто мог видеть нас сегодня на берегу? Кто мог рассказать Берестову о встрече?»

И тут же вспомнил, когда шёл от Лазаря, заметил Кузю Солохина, как тот сидел на лавке у своего дома. Он, конечно же, наблюдал, как они с Лизой стояли на крыльце золотоскупки. И проследил за ним.

«Вот оно что! Значит, за мной поставлены глаза. Так-так. Что же теперь делать? Мне же сегодня надо в тайгу идти, братья ждут. Как уйти из посёлка незамеченным?» – лихорадочно соображал парень.

Записка Лизы имела для Фили огромное значение. Она доказывала, что девушка действительно его любит. Он был готов вскочить на коня и гнать во весь опор куда-нибудь очень далеко, чтобы буйный ветер выдул из его головы все прошлые сомнения и терзания. Впрочем, этого и так не надо было делать.