До последнего вздоха

Его большое сильное тело было живым, взгляд решительным, гнетущим, а чёрный металл в моих руках мёртвым.

— Ты хотела свободы? Так стреляй. Но учти, не выпустишь пулю, я тебя не отпущу уже никогда. Ты принадлежишь мне. Исправить это может только смерть.

— Хватит! – закричала я, отчаянно пытаясь выпустить пистолет.

Только Алекс не давал. Вжимал себе в грудь ствол и пронзал меня при этом взглядом. Заряженный пистолет возле его сердца. Несколько грамм свинца, чтобы закончить всё раз и навсегда.

— Ты ненормальный! Псих грёбаный! – голос сорвался, слёз я не чувствовала, просто знала, что они есть.

Давно ставшие простыми шрамами раны на спине напомнили о себе фантомной болью. Наконец он разжал пальцы, и я, тяжело дыша, отбросила пистолет на пол. Он ударился, проехал по доскам. Я сглотнула.

— Грёбаный псих, — крикнула, с размаху залепив ему по лицу. Ладонь обожгло, голова Алекса дёрнулась. – Ты сволочь! Сволочь! Ты… — облизнула губы и почувствовала вкус собственных слёз. – Ты ненормальный, Алекс. Ненормальный, — просипела я, прижимая к груди горящую ладонь, и в новой вспышке молнии различила искажённые ночью черты лица."

"Нервно обхватила руку и потёрла, прижала к груди второй ладонью. Ветер загудел в трубе, хлопнул занавеской, завыл диким зверем. К нему прибавился другой вой – настоящий, волчий. Я и сама готова была взвыть.

— Ну что?! – Алекс обхватил мою шею. – Что, ненавидишь?!

Я упёрлась ему в грудь, принялась вырываться. Он глубоко вдохнул у моего виска. Грязно выругался и впечатал своим телом в брёвна стены. Губами прошёлся по скуле, зарычал, царапнул кожу щетиной. Ещё раз с шумом втянул воздух и вдруг прижал к себе так крепко, что я ткнулась носом ему в рубашку. Меж стука забарабанивших по крыше капель разобрала гулкие удары сердца Алекса.

— Я не шутил, Стэлла, — прохрипел он мне на ухо. Тёрся о меня щекой, сминал волосы. — Это был твой последний шанс. Больше возможности уйти у тебя не будет. Хрен я дам тебе свободу.

— Разве она у меня когда-нибудь была?

С трудом я подняла голову. Только затем, чтобы упереться взглядом в твёрдый, покрытый щетиной подбородок. Почувствовала усмешку Алекса. Пистолет так и лежал на полу, в каких-то метрах от нас. Я бы могла попробовать поднять его и… И всё. Без шансов.

Отпустив меня, Алекс включил свет. Слабый, желтоватый, он заполнил маленький деревянный коридор. Подняв ствол, Алекс кинул его на стул под вешалкой с одеждой. Я стояла, привалившись спиной к стене, готовая кинуться на него. Но для этого нужно было справиться с собственным сердцем и чувством, что меня жёстко наебали.

— Ты знал с самого начала?

— Да, — он закрыл дверь на тяжёлый засов, наглядно демонстрируя, что пути к отступлению отрезаны. — С самого начала, Волчонок.