До последнего вздоха

Парик упал на пол, я не сводила взгляда с лица мужчины, ожидать от которого можно было чего угодно.

— Хорошая попытка, Берта.

— Видимо, не такая хорошая, — заставила себя ответить и отвернулась, когда он дотронулся снова.

— Хорошая, — повторил Алекс. – Но мы с тобой слишком крепко связаны. Я не настолько глуп, чтобы думать, что женщина, которая однажды угнала из моего гаража Харлей, будет сидеть и ждать. — Качнул головой и пропустил мои волосы сквозь пальцы. – Это не про нас, детка.

Я гневно глянула на него. Ветер завывал диким зверем, бросался на стены домика, раскаты грома приближались.

— Нет, Алекс, — выговорила жёстко, — мы с тобой не связаны. И никогда не были.

— Нет?

— Нет.

Неожиданно в руке его появился пистолет. Увесистый, с чёрным стволом. Жестом фокусника Алекс вытащил его из-за пояса, пренебрежительно, мрачно хмыкнул. Не успела я испугаться, грубо взял мою руку и, вложив рукоять, приставил дуло к своей груди. Смотрел мне в глаза уверенно, без страха и давил всё сильнее. Его сильное тело, тяжёлый взгляд, металл смертоносного оружия и ночь.

Дышать стало трудно. Я попробовала отдёрнуть руку, но Алекс обхватил крепче. Сжал пальцы до боли. Прижимая ствол, стиснул мощные челюсти. Горло у меня неприятно сдавило, подкативший комок был больше, чем страхом.

— Стреляй, — смотря мне в глаза. – Стреляй и иди. Будешь свободна.

— Мы уже через это проходили, — рукоять жгла пальцы предчувствием смерти. Леденила душу. – Больше я не поведусь на твои штучки. Холостые пули, холостые слова!

— Уверена, что холостые? – он крепко сжал кисть, намертво впаивая мои пальцы в металл.

Буравил взглядом, загоняя под кожу, в сердце, невидимые серебристые лезвия. Пистолет стал продолжением меня. Я выворачивала руку, но пальцы Алекса от этого сжимались только сильнее. Ещё немного, и он бы сломал мне кости. Из прошлого до меня доносились звуки выстрелов. Расплывающиеся по светлой рубашке отца пятна крови были такими реалистичными, что я почувствовала сладковато-металлический запах.

— Да хватит! – вскрикнула нервно. –Хватит делать из меня дуру! Мне твоего револьвера хватило! Один раз…

Алекс резко отвёл пистолет в сторону. Неуловимое движение, заглушивший звук грома хлопок, разлетающиеся в стороны черепицы и запах пороха. Я оцепенела от ужаса. Пули не были холостыми. Не были, чёрт подери! У меня начиналась истерика.

— Стреляй, Стэлла, — рукоять была тёплой от его руки. Дуло снова упиралось в его сердце, пальцы лежали поверх моих. Достаточно одного прикосновения к спусковому крючку. – В тумбочке около кровати найдёшь всё, что тебе нужно.

Он не повышал голоса. Говорил ровно и продолжал… Продолжал, чёрт подери, вжимать ствол себе в грудь.