До пепла...

И снова присылал конфеты…

Это Тоня уже поняла и узнала, что Алексей о каждом своем шаге перед Дамиром отчитывается и трижды уточняет, что «без всякого этакого». Он человек такой был просто, про которых говорят «с широкой душой». Открытый, шутник и весельчак. Для него подобными знаками внимания привечать — норма, как дань вежливости. Местами безалаберный по деньгам, не всегда внимательный к мелочам, если увлечется, что в его кругах странно и чревато, погореть легко. Но при этом способен лбом стены прошибать, если загорится чем-то.

Видимо, эта целеустремленность его и спасала не раз. И друзья надежные за спиной.

Ну а те, кто таких деталей о Воронове не знал… могли свои выводы о его отношении к ней сделать. Как тот же Денис и вот Эля.

Прыснула… Только смех вышел напряженным и немного истеричным… И правда, можно подумать, что она взвинченная…

— Тонечка, родная моя, — Эля тоже не пропустила этого. Крепко, надежно пожала ее пальцы, и Тоня только сейчас поняла, что у нее самой руки очень холодные.

Словно вся на нервах. Может, подруга права, и с ней что-то не то?

— Не влипни никуда. Нужен совет или помощь - я рядом, ты же знаешь. Всегда на твоей стороне… — продолжала ее Эля убеждать.

— Знаю, родная, — искренне тронутая, хоть и пребывая сейчас в смятении от урагана мыслей, до этого не приходивших в голову, Тоня обняла подругу. — Я знаю, Эля, и ценю. Все нормально, не переживай.

А сама вдруг подумала, что не до конца уверена в своих же словах. И чего боится, не знает, не понимает… Или разбираться в себе, своих мыслях и том, от чего замирает, будто истончившееся, в груди сердце, просто не хочет, устрашаясь ответа?

Но разве от себя можно правду скрывать вечно?

Она влюбилась. Влипла в Пархомова… В такого человека, который ни разу ей не дал понять, на что рассчитывать или чего от него ожидать за пределами сиюминутного момента… До внутренней боли провалилась в мужчину, который точно не привык никого впускать в свою жизнь.

И не потому ли, что ее рациональная часть прекрасно просчитывала и понимала вектор и перспективу подобных отношений, сознание отчаянно исторгало из себя вероятную реальность конца, без осмысленного вмешательства разума видя, что он чересчур сильно вглубь нее проник за несколько недель. До костей въелся, связал каждый ее нерв со своим. Взял в заложницы… Он словно под ее ДНК был создан. Та отрава, супер-вирус, от которой нет ни иммунитета, ни противоядия. Смертельный приговор… И Тоню просто сокрушит разрыв…

Потому и не думала, не заглядывала в будущее?

А еще вдруг поняла, почему с Элей не обсуждала свой роман с Дамиром, да что там! Она почти и не общалась с подругой за эти недели, не говорила по душам и начистоту, вечно находя отговорки, поводы улизнуть… Тоже боялась.