До пепла...

Достала-таки тот вейп, вставила сигаретку и нажала на кнопку. Ароматизированный дым больше навевал мысли о жвачке, чем о нормальных сигаретах. И это бесило, не принося такого необходимого облегчения. Раздраженная этим, Тоня резковато отложила чудо-аппарат и шумно выдохнула. Окинула взглядом блюда — есть уже тоже не хотелось, но непонятно, когда в следующий раз случай выпадет: по вечерам ей чаще всего было лень что-то в себя впихивать, слишком на работе уставала, на которую, кстати, ей нужно вернуться через час.

Пальцы сжались привычно-нервным жестом, вновь разыскивая сигарету, которой не было. Очередной тоскливый взгляд в сторону вейпа… Блин! Вообще не хочется, но выбора-то нет…

— Не уверен, что мой поступок будет расценен верно, но не прощу себя, если брошу даму в беде, — перед ней на столе появилась пачка сигарет.

Настоящих! Счастье есть?!

Однако не торопилась касаться «дара небес».

— Даже если эта «дама в беде» — стерва? — хмыкнула Антонина, с интересом глянув на мужчину, который не просто к этой пачке сигарет прилагался, а еще и нахально уселся напротив нее, на тот самый стул, с которым так безжалостно поступил Дэн совсем недавно.

— Не все могут достойно принять поражение и отставку, — снисходительно дернул плечом ее нежданный собеседник.

— А вы не из таких? — с иронией уточнила Тоня, вопросительно изогнув бровь.

Не поправив, что это был не разрыв отношений, а, скорее, привычная размолвка. Они так с Дэном общались. Но какой смысл объяснять это случайному встречному?

Но все же не отказалась, протянула руку, когда мужчина сам открыл пачку и предложил ей выбрать сигарету. И наклонилась, прикуривая от огонька, когда он щелкнул своей зажигалкой. Затянулась с удовольствием, хоть и очень крепкий табак на ее вкус. Жесткий и терпкий, с первого вдоха выбивающий воздух из легких…

Точно, как человек напротив, если верить ее интуиции. А та обычно не подводила.

— А я просто не могу пройти мимо, когда в моих силах сделать человеку легче. Сигарета — мелочь, а вы улыбнулись гораздо искренней, и глаза уже блестят, — вот вроде и смотрит прямо, и говорит легко, а все равно Тоне за той легкостью и приветливостью прохладный и отстраненный сарказм чувствуется.

И смотрит глаза в глаза. Тяжело, непроницаемым взглядом, словно сине-серыми магнитами в ее мозг впивается, изучает личность, вытянуть наружу из головы что-то пытается, расколоть череп…

Не на ту напал, не слабачка. Тоня тоже взгляд не отводит, с удовольствием продолжая курить, что его не отталкивает, судя по всему.

Интересно.

Усмехнулась, но промолчала, предпочитая сориентироваться в ситуации до того, как рот открывать. Жизнь научила, что молчание — золото. В прямом смысле. Да и она его не звала, развлекать не обещала.