Сваха для дракона

– Хотел поговорить с тобой перед отъездом, но ты меня так и не навестила, – вопреки своей привычке ускользать от прямого вопроса, сыпать намеками и прятать за шутками-прибаутками истину, друг ответил неожиданно серьезно. Поджатые губы Рау, сухая улыбка и скупые движения, подсказывали, что произошло что-то серьезное. Сейчас или…? Не то ли короткое письмо было виновато в метаморфозах, что произошли с Рау?

– Когда планируешь вернуться? – что-то подсказывало мне, что не стоит ковыряться в чужой душе, вытягивая на белый свет подробности. Нужно ему уехать – значит, таким образом сложились обстоятельства, а причины – вторичны.

Рау поразмыслил, придвигая к себе меню в тяжелой кожаной папке. Он скользил взглядом по строчкам, но не видел перед собой ничего. Голос звучал сипло, словно через силу:

– Как только закончу неотложные дела, но прежде хотел попросить тебя об одолжении.

Позабытое мороженое начало таять, исходя сладкими каплями. Под тяжелым взглядом сидящего рядом мужчины я чувствовала себя не в своей тарелке. Обещания надо давать с оглядкой, не смотря на то, кто перед тобой, лучший друг, возлюбленная или чужак, чтобы в момент, когда с тебя потребуют обещанное, не чувствовать себя обманутым.

– Сделаю, что смогу, – аккуратно сказала я. Рау вел себя странно, так ведут себя идущие на смерть.

– Я хочу на тебе жениться, Ималь, и мои намерения серьезны. Но если ты сейчас засмеешься и попробуешь перевести все в шутку – посчитаю нашу дружбу законченной.

От металлической холодности слов, от выражения его лица я замерла. На огромные чаши невидимых весов легли и многолетняя дружба, и нежелание отдавать собственную свободу в руки другому человеку. Я не рассмеялась – тяжело веселиться, когда тебе предлагают руку и сердце. Я подобрала десяток ответов, которые бы охладить пыл Рау: «ты уже женат», «неужели ты собираешься завести гарем» и «хороши шутки, но мне не смешно».

– Когда мы увидимся в следующий раз, – Рау невесело усмехнулся, темные ресницы дрогнули, – дай мне ответ.

Узкая бледная ладонь коснулась моей руки, переплетая пальцы. От изумления я не стала спорить – Рау гладил мое запястье с нежностью безответно влюбленного, дорвавшегося до объекта своих чувств."

"До того момента все заигрывания Рау казались мне поднадоевшей, привычной игрой в одни ворота. Флирт и шутки, которые обернулись для меня настоящим предложением руки и сердца. Рау знал кто я, между нами не было секретов, а стоило ему скинуть облик души компании и балагура, то он смотрелся надежным и серьезным. Самое то для меня, привыкшей убегать от любой ответственности.

– Ты даешь мне время подумать? – я все еще смотрела как сливаются в одно молочно-белая кожа Рау и моя, гораздо более темная.