Сваха для дракона

– Она преследует его, ходит по пятам! – зашептала Марна, наклоняясь ко мне. – Черная птица с раскинутыми крыльями заслоняет свет! Ему надо бежать! Немедленно бежать! Пока птица рядом, он не сможет спастись!

Я не успела ничего спросить – Марна подскочила на месте, завертелась волчком и растаяла в воздухе. А в ушах у меня звучал ее задушенный, робкий шепот: “черная птица”, “бежать” и “не сможет спастись”.

* * *Громкий звук пощечины разнесся по галерее, нырнул через открытую дверь балкона и затерялся в небе. Некоторое время драконы, вышедшие на ежедневную пролетку, гоняли его кожистыми крыльями, пока тот окончательно не растаял, сливаясь с облаками.

Одхан схватился за пламенеющую щеку и завопил с неподдельной обидой:

– За что?!

Я тяжело дышала, замахиваясь для второй пощечины. Ума не приложу, как вытерпела до рассвета и не помчалась в подземелья, чтобы надавать ему там пощечин. Наверное, многие вещи под покровом темноты кажутся менее значительными, чем днем. И наоборот.

– Вы едва не угробили невинного человека! – зарычала я, теряя последние крохи самообладания. – Ваш голем едва не прикончил моего гостя!"

"Лоркан и Снорре, потеряв дар речи, синхронно хлопали ресницами. На галерею я влетела, подобно озлобленной фурии: кудри облаком развевались по воздуху, лицо пылало. Под правым глазом глубокая царапина – щепка вонзилась мне в лицо, едва не оставив меня полуслепой. Боль от раны и жуткие сцены в воображении доводили меня до бешенства.

Пощечина вышла знатная, хлесткая и звонкая. Не столько болезненная, сколько обидная.

– Я же говорил, что вам нужна защита! – возопил Одхан, когда понял, о чем я. На бледной щеке горел яркий пятипалый след, который с каждой минутой становился объемным.

– Не в моей спальне! Можно было и предупредить! – рявкнула я, усаживаясь за стол. Лоркан стрельнул глазами в мою сторону, что стало знаком – пора прекращать балаган. Шумно выдохнув, я на секунду прикрыла глаза и досчитала до десяти. Пожар в груди не спешил утихать, но я уже держала себя в руках.

– Успокоились? – миролюбиво уточнил князь, наливая себе чай, а наша перепалка его только забавляла.

– Можно и так сказать, – неохотно сказала я. Чай обладал восхитительным ароматом, но аппетит так и не появлился. Одхан нахохлился, закутавшись в свою мантию. Когда волна первая волна злости схлынула, я испугалась.

Будь я на месте Одхана, владей магией, щелчком пальцев испепелила бы нахала, который посмел так себя вести. Отвесить пощечину, поднять голос, – я разом перемахнула несколько границ. Такое поведение было недопустимым.

Но мне не было стыдно, злость схлынула, оставив только облегчение и чувство глубокого морального удовлетворения.