Отбор для ректора академии

Покинув замок академии, я несколько раз оглядывалась, чувствуя на себе чужой взгляд. Будто невидимая ниточка связывала меня с кем-то внутри здания. Закрыв глаза и сосредоточившись, я попыталась отыскать источник притяжения. Неожиданно на губах разлился освежающий вкус мяты, лицо обдуло холодным ветерком, а в глазах на мгновение потемнело. Когда краски окружающего мира возникли вновь — притяжение исчезло.

Вечерело. Маргарет убежала по своим делам, оставив меня одну.

Разобравшись с малой долей домашней работы, я лежала на кровати, изучая трещины в потолке. Наша комната в общежитии представляла собой удручающее зрелище — поцарапанный стол, железные пружинные кровати, ветхие занавески и подержанные стулья с мягкой спинкой, которые купили мы с подругой под конец второго курса.

За последнее время я успела несколько раз прокрутить в голове наш разговор с Бенедиктом. Мне льстила его уверенность во мне. В тот момент, когда он убежденно повторял, что я смогу изобрести противоядие, его голос воздействовал на тонкие струны моей души, вызывая симпатию. Даже не думала, что слова ректора способны так сильно повлиять на меня.

Но как может приготовить противоядие та, что никогда их не изготавливала? На данный момент — никак. И дураку понятно: у меня недостаточно знаний. Если я соглашусь, меня вновь ожидают долгие годы учебы.

Взгляд остановился на сумке, лежащей на полу.

Конверт! Из-за суматохи с допросом я совсем о нем забыла.

Сев на кровати, я дотянулась до сумки и подняла ее к себе. Достав новые перчатки, надела их, произнесла заклятие щита, что блеснул вокруг меня радужной оболочкой, и лишь потом взялась за послание.

В этот раз я действовала крайне осторожно. Прошлый урок я уяснила на «отлично».

Внутри конверта лежала прямоугольная черная карточка, на которой красными чернилами виднелась надпись:

«Поздравляем вас с прохождением во второй этап отбора!"

"Чуть ниже вы можете ознакомиться с именами претенденток, которые также успешно прошли в следующий этап».

С минуту я глядела на перечень, который сливался перед глазами в единое чернильное пятно, пока не осознала: никого из девушек, чьи имена я записала в отчете для ректора, в списке не оказалось!

Всего тринадцать имен, а вместе со мной — четырнадцать участниц. Бенедикт исключил сразу десятерых. Не слишком ли это?

Что он задумал? Ладно, с одной стороны мне плевать, пусть исключает кого хочет, но с другой стороны стало тревожно. Его мысли для меня как ларец под семью замками. Парочку ключей, возможно, я уже отыскала, но оставалось еще пять.

И зачем гадать? Увижу и спрошу. Не факт, что Бенедикт мне ответит, но попытаться стоит.

Отложив послание, я решила отвлечься. Обувшись и покинув комнату, отправилась на кухню, чтобы перекусить.