Отбор для ректора академии

Каждый день приносит мне новые сюрпризы…

Внезапно дверь скрипнула, и я вскинула голову, привлеченная шумом.

— Клара?! — удивилась, заметив гостью. — Ты пришла снова кого-то допросить?

На девушке был надет плащ с капюшоном, откинутым назад.

— Нет, я к тебе. Помнишь, ты обещала показать мне лавки, что изготавливают Синюшное зелье? — отыскав меня взглядом, откликнулась она.

— Да, конечно, — согласилась я. — Когда пойдем?

— Прямо сейчас. Конечно, если ты свободна, — огорошила Клара.

С другой стороны, мне бы не помешало проветриться…

— Ладно. Только подожди, я переоденусь, — кивнула я, устремляясь вверх по лестнице.

Глава 16

Вечер встреч

Вечером теневая улица представляла собой малоприятное место, впрочем, как и днем. Но с наступлением темноты, когда в грязных окнах домов загорались зловещие красные огоньки, являвшиеся единственным источником света, все опасные личности выползали из нор.

Еще в первый год я уяснила одно правило — лучше держаться ближе к витринам, где освещение ярче всего, и не соваться в центр дороги. Там ходили три вида путников — простофили, не разобравшиеся в правилах этого места, всевозможные карманники, и те, кто внушает страх даже наглым ворам.

Бурсбург был моей родиной, и я знала его теневые правила. К сожалению, реальные законы империи в этом месте играли малую роль. Зачастую те же служители правопорядка пользовались услугами местных воров и убийц и покупали запрещенные товары."

"— Нет, не надо. — Я перехватила ладонь Клары, поняв, что она собирается призвать свет. — Сделаешь это, и нас не впустят ни в одну лавку, а скорее всего вышвырнут прочь на другую улицу.

Клара сдержанно кивнула. Мы двинулись дальше.

Я не слышала шагов девушки, она кралась как кошка.

— Ты довольно много знаешь, — заметила Клара.

— Я же сирота. Многое пришлось узнавать самостоятельно, а еще научиться быстро приспосабливаться.

— Ерунда, это в крови. Сирота или богатенький отпрыск, если кто-то мыслит иначе, не боясь искать новые возможности, происхождение роли не играет.

— Ищет возможности? Мне казалось, это называется безрассудством. По крайней мере, в приюте мне постоянно твердили о моей глупости и отсутствии инстинкта самосохранения, — хмыкнула я, вспомнив нравоучения воспитательницы.

— Иногда и это имеет место быть. Какой случай твой, я пока не разобралась, — согласилась Клара.

— Да уж… — прошептала я.

Высоко над нами пролетела сова, порою ее крылья окрашивались красно-оранжевым, превращая маленькое призрачное тельце в летающий факел. Но если она и привлекала чье-то внимание, то виду никто не подавал.

Осмотревшись, я указала на первую лавку, где на черном фасаде виднелись нарисованные потрескавшейся желтой краской цветы.