Крючок для пираньи

Даже третий оклемался поразительными темпами, тоже жаждет реванша, по роже видно…

Без особого труда уворачиваясь от острого мелькания стали, Мазур какое-то время работал в активной обороне, изредка не особенно и убойно попадая по запястьям и ребрам — то ребром ладони, то носком туфли. Противники, ахая и шипя сквозь зубы от боли, упорно лезли в драку, что твои бультерьеры.

Они всей четверкой кружили посреди улицы в сюрреалистическом танце — этакая провинциальная кадриль… Происходило все это почти беззвучно, оставаясь совершенно незаметным для мирных обывателей, — случайных прохожих не было, машины не проезжали.

Все это стало Мазуру не на шутку надоедать. В конце концов, он узнал о них достаточно, нужно было как-то заканчивать этот дурацкий вернисаж, а у него не было приказа обращаться с неизвестными агрессорами, как с антикварным хрусталем… Пора откланяться. Дома ждут…

Он выхватил кортик, прочертил в воздухе недлинную дугу блестящим острием. И показал класс — с перехватами и перебросами из руки в руку, кортик порхал в воздухе вокруг Мазура, как живой. Круговой секущий удар снизу, разворот, выход на «хвост дракона»…

Вот тут их должным образом проняло — но Мазур не собирался тянуть игру. Захватил охотничий нож между своим клинком и запястьем, выкрутил у противника оружие из руки, в воздухе поддел пинком сверкающий тесак, так что тот улетел достаточно далеко. И пробил обезоруженному левую ладонь сильным ударом кортика — для жизни не опасно, но заживает долго, а боль от такой раны зверская…

Дикий вопль тут же наглядно проиллюстрировал этот тезис. Детинушка скрючился, бесповоротно выбыв из игры, всецело поглощенный собственными проблемами, — кровь хлестала, словно свинью резали."

"Второго Мазур достал не самым изощренным, но отточенным «юнь дао». Будь кортик наточен на совесть, жертва лишилась бы правого уха, но все равно ухо и щеку распахало на совесть — снова вопль, в унисон первому, второй наглец выходит в аутсайдеры, как миленький…

Где-то над головой распахнулось окно. Пора было сделать бяку третьему и закончить схватку вовсе уж нехитрым приемом под названием «делать ноги». Мазур приготовился атаковать третьего — тот отскочил было, но спину показывать не собирался, что опять-таки свидетельствовало: не шпана перед Мазуром, ох, не шпана…

Мазур не успел. Взревел мотор, неведомо откуда выскочивший автомобиль, старенький ГАЗ-69 с двумя дверцами, подлетел, как ополоумевший вихрь. Мазур не успел отпрыгнуть — под дикий скрежет тормозов распахнулась дверца со стороны шофера, так двинув по спине единственного оставшегося в строю агрессора, что тот вмиг потерял равновесие и полетел кувырком, словно сбитая кегля.