Игрушка для драконов

Теперь же мне было боязно ехать в плохо управляемой коляске, да ещё у всех на виду, как выставленной в витрине!

— Не бойтесь, госпожа, — произнёс возница ещё по-детски тонким голосом. — Кони смирные, к упряжи приучены. На ярмарку все так ездят. Дань прошлому.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Понятно, — попыталась я улыбнуться, чтобы скрыть нарастающую панику. Мои поездки в коляске закончились в девять лет, когда одна из лошадей попыталась укусить назойливую девушку, сующую ей в морду кислое яблоко.

— Так вы едете или нет? — Клара даже не обернулась и уверенно пошла вперёд. Пару раз глубоко вздохнув, я последовала её примеру, стараясь смотреть прямо перед собой и игнорировать настороженное фырканье справа. Только устроившись рядом с Кларой, я почувствовала себя уверенней.

Однако самое страшное ждало меня впереди. Всю дорогу коляска тряслась и подпрыгивала на ухабах. Сердце замерло, когда открытый экипаж проезжал по деревянному мосту через местную речку. К концу путешествия меня начало мутить, и я уже проклинала и предложение Шилдса, и собственную сговорчивость, убедив себя, что всё дело в очередной проверке, а встреча с матерью — лишь манок для глупой птицы. Для меня.

— Ещё долго до города? — спросила я Клару, желая отвлечься от тревожных мыслей.

— Вы настолько изнежены, что не способны потерпеть час-другой? — почти враждебно ответила вопросом та. Помощница отвернулась, давая понять, что разговор окончен.

— Я чем-то обидела вас?

Глухота не позволила бы Кларе услышать мою фразу, сказанную себе под нос, но женщина повернулась и, глядя в глаза, отчеканила:

— Вам здесь не место. Возвращайтесь к мужу и не обманывайте никого.

Значит, всё-таки кристалл, передающий своему хозяину, слова собеседника.

Я оторопела от её слов. Они были произнесены с таким чувством и отчаянием, что я начала подозревать в Кларе личную заинтересованность и посмотрела на неё по-иному.

Немолодая, но ещё привлекательная. Мы с ней были одного типа: обе блондинки, светлокожие и стройные. И вполне возможно, что она видела во мне соперницу.

Я улыбнулась этой мысли. Уж не думает ли она, что я собираюсь занять её место?

Первым желанием было рассмеяться и развеять подозрения спутницы, но взглянув на неё, демонстративно отвернувшуюся и крепко сжавшую в затянутых в перчатки руках маленькую сумочку, я не решилась заговорить, опасаясь нарваться на грубость.

Мало ли, что на уме у такой холодной особы. Она под стать своему хозяину: высокомерна и груба. К счастью, оставаться здесь надолго я не намеревалась. Вот только освобожусь… А значит, можно не обращать внимания.