Дядя самых честных правил 6

— Костя?

Рядом с диваном бесшумно появилась княгиня и с подозрением оглядела меня.

— Ох! Вы меня напугали, Марья Алексевна.

— А чего это ты бледный такой? Тоже ранен? Ну-ка, снимай камзол.

— Да вы что, какие раны. Отдохнуть присел…

— Тогда почему на тебе лица нет? Дай мне руку, голубь мой. Давай-давай, не стесняйся. Только не говори, что у тебя пальцы от испуга дрожат.

Княгиня ухватила меня за запястье и ошарашенно округлила глаза.

— Костя, скажи мне, ты часом не помирать собрался?

— Да вы что, Марья Алексевна. Просто устал, разнервничался из-за Петра.

— Та-а-а-ак, — она наклонилась надо мной, — смотри мне в глаза. Что там было на дуэли?

— Да ничего такого…

— В глаза смотри, я сказала. Что с Талантом делал?

Пришлось ей рассказать о случившемся и внезапном мини-всемогуществе.

— Вот оно, значит, как, — княгиня нахмурилась. — А что тебе Лукьян говорил про такие вещи?

— Да ничего он не говорил. Только про возвращение Таланта, мол, что заклинания не нужны, можно напрямую работать с эфиром. Никаких особых инструкций он мне не давал.

— Вот же ж, — княгиня выругалась не хуже какого-нибудь ямщика, — ну, я ему всыплю, как в Злобино вернёмся.

— Да что такое-то? Марья Алексевна, в чём дело?

— А то, что ты по тонкой ниточке прошёлся, Костенька. Ещё бы чуток зачерпнул, — большим и указательным пальцами она показала сколько, — напряг Талант на долю силы, и всё. Спалил бы себя дотла, только пепел остался.

— Эээ…"

"— Думаешь, то, что ты некромант, спасло бы? Спроси у Лукьяна, куда делся Васькин дружок Амбросий. Даже головешки не осталось, как твой дядя рассказывал.

В горле у меня запершило от таких новостей.

— Твой «учитель» может сколько угодно кривиться и ругать заклятья, только их не для удовольствия молодёжь учит. Мне пятьдесят лет было, когда я Талантом принялась напрямую пользоваться. Знаешь почему? Сил много стало, не страшно случайно до дна достать. Это как половником черпать — в бочке дно не скоро покажется, а супницу ты за минуту осушишь. Понял?

Я кивнул.

— Вернёмся в Злобино, я твоему Лукьяну всю бороду повыдергаю. Умник нашёлся! Талант он пробуждает, а о самом важном предупредить забыл, хороняка. Отвести этого «учителя» на конюшню, да выдать сотню плетей, да спину солью посыпать. А после на горох на ночь поставить, чтобы головой думать начал. Ух, бездарность кудлатая!

Марья Алексевна выпрямилась и строго посмотрела на меня.

— Значит, так, Костя, слушай меня внимательно. Сейчас велю тебя в спальню проводить и обед принести. Поешь и спать ложись. К утру легче станет, но всю следующую неделю тебе вообще колдовать нельзя. Палочкой волшебной балуйся, сколько душе угодно, а к Таланту прикасаться не смей.

— Хорошо, Марья Алексевна, так и сделаю.

Она похлопала меня по руке и улыбнулась.

— Ничего, всё будет хорошо.