Дива

Но после того, как угодил к Диве на ферму, резко изменил отношение. Мы же с ним, получилось, соперники! Потому что она ещё тешится надеждой меня очаровать.

— Конкурировать с шефом трудно, — саркастически заметил Зарубин. — Но зато каков соперник!

— В том-то и дело! — подхватил Недоеденный. — Я с медведями боролся, мне чем крепче противник, тем азартней. Но твоя помощь потребуется, Игорь. Только надо чисто провести королевскую охоту. Поможешь? А я в долгу не останусь. Выставлю самого крупного мед­ведя. Есть у меня один в заначке, для губернатора бе­рёг... Тебе отдам.

— Ловлю на слове, — сонно пролепетал Зарубин. — В общем, мы с тобой ещё поговорим. А сейчас — спать!

Костыль услужливо выключил свет и слышно было, как похромал в потёмках по крутой лестнице. Один марш прошёл удачно, но на втором оступился и загремел, со­провождая полет соответствующей речью...

8

Проснувшись, Зарубин вышел на гульбище    и сразу же оценил своё жилище: отсюда   и впрямь вся база и её окрестность просматривались на полверсты, в том числе вся речная излучина и даже другой берег, покрытый мелко­лесьем. Кроме того, рубленый арочный свод над ворота­ми усиливал все звуки, и потому было слышно, о чём го­ворят егеря возле клеток со зверями, стоящих на отшибе под крепостной стеной. Утро было солнечным, с явным намёком на начало бабьего лета, однако север стоял под плотной завесой облаков, а это был местный гнилой угол.

Прошедшая безмятежная ночь вдохновила многочис­ленное население охотничьей базы. По словам Костыля, прибалты ничуть не расстраивались по поводу явления ле­шего, воспринимали это как опасное приключение в экзо­тической стране — они уже чувствовали себя путешеству­ющими европейцами. Многие семьи и матери-одиночки были с детьми, но не особенно-то опасались снежного че­ловека, поскольку видели издалека, в контакт не вступа­ли и чаще испытывали боязливый восторг. Впереди у них была ещё целая неделя пребывания на природе, надея­лись, что прекратятся моросящие дожди и ещё успеют по­ходить за грибами, чтобы оплатить своим трудом отдых, кормёжку, проезд в обе стороны да ещё запастись дорогу- щим у них сушёным белым деликатесом.

После завтрака народ получил разрешение на выезд в сопровождении вооружённых егерей и теперь собирал­ся в лес. Накрапывающий дождик не мог остановить тру­дового порыва, прибалты заворачивались в полиэтилен, получали казённые корзины, пестери, лукошки и расса­живались по микроавтобусам. Вероятно, слух о приезде специалиста по укрощению нечистой силы облетел базу: с Зарубиным вежливо здоровались пышущие здоровьем и охотой тридцатилетние особы, а мужчины трясли руку и уже благодарили.