Дива

— Ты видел укусы?

— Да нет, Дед Мороз исключается, — подытожил Ко­стыль. — Тем более он знает Родионыча! Несколько раз встречались в Великом Устюге...

— Придётся отменять охоту, Олесь, — вдруг заявил полковник.

— Нереально! — отрезал тот. — Перенести на день-дру­гой куда ни шло...

— Сам доложу губернатору!

— И знаешь, что произойдёт? — не сдавался Костыль. — В лучшем случае я на ферме у вдовы... с тачкой навоза. Ты тоже с тачкой, только на своей даче. А охота всё рав­но состоится.

Он поскромничал, а ведь хотел сказать: в постели у вдовы...

— Какое решение? — спросил Кухналёв, и оба при этом уставились на Зарубина, как на йети, — куда-то в переносицу.

Тот взял свою куртку и карабин.

— Ладно, вы решайте, я поехал...

— Куда? — подхватился Костыль. — Ночь на дворе!

— Я понял, ко мне претензии... Поеду на встречу с ле­шим! Надо и мне наконец-то с ним познакомиться.

— Да его и след простыл!"

"— Вот и поищу следы, поброжу там, как приманка. Вдруг диве понравлюсь, молочком парным попотчует.

— Игорь, я за тебя головой отвечаю, — почему-то за­волновался охотовед.

— А что это ты такой заботливый стал? — подозри­тельно спросил Зарубин. — Боишься, залезу не туда, уви­жу, что не положено?

Он ссориться не захотел, помнил уговор относитель­но принцессы.

— Нет, ты не подумай! Я не ограничиваю... Просто ты плохо ориентируешься. Фефелов наказал не отпускать одного!

— Скажи ему, самовольно уехал.

— Куда конкретно? Я должен знать.

— Поеду в логово, — поддразнивая Недоеденного, со­общил Зарубин. — Ты знаешь, где живёт дивьё лесное?

— На Дорийское болото? — усмехнулся тот. — Баешник тебя поведёт?

— Пусть едет, — мстительно произнёс Кухналёв. — Бго профессиональная обязанность. За этим из Москвы вызывали!

— Езжай! — позволил Костыль. — Там сегодня будет много леших. Вернее, лешачек. Наши бабы за клюквой собрались. Так можешь к ним примкнуть! Весело будет!

— Примкну, — пообещал Зарубин и вышел.

Он не надеялся, что леший или его призрак, рож­дённый нетрезвым воображением полковника, всё ещё бродит возле лабаза — скорее всего, у Кухналёва были не лады с алкоголем. Стоило только увидеть, как он вожделенно смотрит на флакон со спиртом и его пьёт. А укусы на его руках и плечах запросто мог имитиро­вать беглый соратник Боруты, Толстобров: эти куклово­ды на выдумку горазды, наверняка придумали железные челюсти, сделали деревянные ступни ног, чтоб оставлять следы. Туземцев загнали в резервации, ограниченные сельскими поселениями, дабы не путались под ногами и не мешали охоте и сбору дикоросов, но они восстали и действуют оригинально, используют элементы устра­шения. Законов они не боятся, их лидеры преспокойно бегут из-под стражи: верить, что Боруту отпустили из-за связи с разведкой, смешно.