Дитя подвала

Артур ничего не ответил, но в его глазах промелькнуло:

«Намного, папа».

Так они и стояли, тяжело дыша и испепеляя другу друга сверлящими взглядами. Воздух буквально вибрировал, потрескивая от скопившейся злобы.

– Хорошо, – наконец сипло произнес Сергей. Он воткнул нож в землю и показал ладони сыну. – Ничья. Согласен?

Плечи у Артура поникли, словно признание ничьи было сродни позорному проигрышу.

– Пошли выпьем, – предложил отец.

– Ты за рулем, – сказал Артур, осторожно трогая рану на предплечье.

– Ничего. Не каждый день отец с сыном дискутируют с помощью ножей. Ты наконец-то становишься мужчиной. Это следует отметить.

С этими словами Малышев достал из рюкзака флягу.

– За маму, – тихо сказал он и, отхлебнув, протянул флягу сыну.

– Я не пью, – хмуро отозвался Артур, избегая встречаться взглядом с отцом. Но Сергей был непреклонен.

– Значит, сегодня самое время начать. Давай.

Проследив, чтобы сын не схалтурил и сделал глоток, Малышев сказал:

– В багажнике найдешь аптечку. Помочь с перевязкой?

– Сам справлюсь, – буркнул Артур.

Сергей пожал плечами. Шагнув к котелку с рыбой, он выплеснул воду вместе с уловом в реку.

Рыбалка была окончена.

Как только машина тронулась с места, отец проговорил:

– Ты сказал, что копил на новый телефон.

Артур кивнул. Все порезы были тщательно обработаны и забинтованы. Уставшее тело покалывало и ныло от пульсирующей боли, перед глазами мерцали бесформенные пятна.

– Сколько тебе не хватает? – спросил Сергей.

Артур назвал сумму, и отец, не сводя глаз с дороги, достал бумажник.

– Достаточно? – спросил он на всякий случай, протягивая деньги.

– Думаю, что да, – равнодушно отозвался Артур, забирая деньги. – Спасибо.

Он держал в руках купюры, машинально перебирал их, прислушиваясь к тихому шороху, а в сознании медленно выкристаллизовывалась картина из далекого прошлого – безлунная ночь… он сидит в потрепанной «восьмерке» отца. Они возвращаются домой после «представления» в Подземном цирке. В руках у Артура – маленькая машинка в глянцевой упаковке, военный джип. Он давно клянчил эту машинку, и папа наконец купил ее Артуру. Он сидит на заднем сиденье, держа в руках эту машинку, его трусы и шорты мокрые от мочи, а на бледном лице маска непередаваемого ужаса. Гибель бедного кролика еще долго будет преследовать его.

«Прошло пятнадцать лет… и я снова сижу в машине отца, – словно в дреме, подумал Артур. – Мы едем домой. К маме, у которой нет головы и которая прибита гвоздями к кровати. Вместо игрушечного автомобиля в руках у меня деньги, а вместо мочи я заляпан кровью…»

Обратный путь они проделали, не проронив ни слова.

Когда «Форд» остановился возле ворот, Артура охватил безотчетный страх, и от отца это не ускользнуло.