Империй. Люструм. Диктатор

Наш караван остановился, начальник спешился, направился к Цицерону и сказал, что приближающиеся конники несут личный штандарт Цезаря. Это были его гвардейцы-преторианцы, и с ними — сам диктатор.

— Всеблагие боги, он собирается расправиться со мной здесь, на обочине, как думаете? — произнес Цицерон. Но потом, увидев ужас на лице Туллии, добавил: — То была шутка, дитя. Если бы он хотел моей смерти, это случилось бы уже давно. Что ж, давайте покончим с этим! Пойдем со мной, Тирон. Ты вставишь это в свою книгу.

Он вылез из повозки и окликнул Марка, приглашая его присоединиться к нам.

Колонна Цезаря растянулась примерно на сто шагов и развернулась поперек дороги, словно готовилась к бою. Она была огромной — четыре или пять сотен человек. Мы пошли к ним. Цицерон шагал между Марком и мной. Сперва я не мог разглядеть Цезаря среди всадников, но потом кто-то высокий спрыгнул с седла, снял шлем, отдал его помощнику и двинулся к нам, приглаживая волосы, — и я понял, что это он.

Это казалось чем-то необыкновенным — приближение титана, который владел мыслями всех людей столько лет, завоевывал страны, переворачивал вверх тормашками жизни, перемещал тысячи солдат с места на место и разбил вдребезги древнюю республику, словно та была щербатой древней вазой, не отвечавшей современным вкусам… Наблюдать за ним и в конце концов обнаружить, что он — обычный смертный!

Цезарь делал короткие шаги и шел очень быстро. Я всегда думал, что он удивительно напоминает птицу: узкий череп, поблескивающие темные глаза с пронзительным взглядом. Цезарь остановился прямо перед нами. Мы тоже остановились. Я был так близко от него, что видел красные отметины, которые шлем оставил на его бледной коже, удивительно мягкой. Он смерил Цицерона взглядом с ног до головы и сказал своим скрежещущим голосом:

— Рад видеть, что ты совершенно невредим — в точности как я и ожидал! А с тобой у меня счеты, — добавил он, ткнув пальцем в мою сторону, и мои внутренности на миг, казалось, стали жидкими. — Десять лет назад ты заверил меня, что твой хозяин на пороге смерти. Тогда я ответил, что он переживет меня.

— Я рад слышать твое предсказание, Цезарь, — сказал Цицерон, — хотя бы потому, что именно ты способен сделать его правдивым.

Цезарь запрокинул голову и засмеялся:

— О да, я по тебе скучал! А теперь посмотри — видишь, я выехал из города, чтобы встретить тебя, чтобы выказать тебе уважение. Давай пройдемся в ту сторону, куда ты направляешься, и немного поговорим.

И они зашагали вместе к Таренту, до которого было около полумили; люди Цезаря расступились, давая им пройти. Их сопровождали несколько телохранителей, один из которых вел коня Цезаря. Мы с Марком последовали за ними.