Девочка Рустама

И, меня не слушая, он заставил подняться и плестись следом за ним. Мужская рука крепко обвила талию и завела меня в кабинет.

— Родная, — тяжело вздохнул Рустам, — давай без слез, ладно? Твой друг прожигал жизнь, и сегодня он ее прожег. А я устал.

Басманов сказал это и замолчал. А я, наконец, обратила внимание на его уставшее лицо и мешки под глазами. Как же это? Моему мужчине было только тридцать, но на уже него свалилось множество проблем.

Я обняла Рустама. Он издал облегченный вздох.

В день Мишиной смерти мне было грустно, но еще больнее мне было осознавать, как Рустаму тяжело. Сейчас ему приходится думать обо всех: о родителях, о брате, о беременной сестре, о Диане с Эмином и вот теперь обо мне. Ему приходится заботиться и решать проблемы.

Я не могла устроить истерику еще и из-за Миши.

Это осознание позволило мне подойти к горю с философией. Я взяла себя в руки, а позже, к вечеру того же дня мы выбрались с Дианой погулять по саду.

После своего решения успокоиться я увидела во взгляде Рустама гордость. Я смогла оставить прошлое… ради будущего.

Другого выхода не было.

Я много раз просила Мишу остановиться… но он не послушал.

Конец, к которому он пришел, был неизбежен.

Да, я хотела ему помочь, но не успела. Как не успела взять трубку или ответить сообщением, что я его прощаю.

Да, мне было тяжело. Но еще тяжелее было Рустаму.

И тогда я его обняла. И сказала, что все будет хорошо.

— Я организовал похороны. Все прошло хорошо. Мне отчитались.

Я возвращаюсь к спальне и летним звукам. Голос Рустама заставляет. И его слова.

Где-то затихал костер и отовсюду доносилось пение сверчков, а еще шум изредка проезжающих машин будоражил и волновал… но это все было далеко.

А мы были здесь и сейчас.

— Спасибо тебе… правда, спасибо. Ты не должен был.

— Мне несложно. Я ради тебя.

Поцелуй в висок, жаркие объятия, легкие поглаживания по животу…

— Ты нравишься мне такой.

— Какой? — поднимаю взгляд, утопая в темных глазах мужа.

— Беременной. Моей. Любимой.

Я расплываюсь от страстного жара и пытаюсь поверить, что все плохое — действительно позади.

На деле же все слишком шатко, чтобы строить надежды.

Но этой ночью… этой ночью можно."

"— Когда все закончится, я увезу тебя.

— Куда? — выдыхаю я горячо.

— Тебе понравится мой сюрприз.

— Сюрприз? Обещаешь, что понравится?

— Обещаю, — усмехается мне в затылок и угрожает, — спи, конфета. Иначе съем…

— А ты съешь меня… съешь, я разрешаю.

Глава 52

— А ты съешь меня… съешь, я разрешаю.

— Разрешаешь? — хрипит Рустам возбужденно.

И перекатывается резко, надо мной нависая.

Телом моментально овладевает жар. На очереди Рустам — всегда голодный и неукротимый, он овладеет мной прямо сейчас.

По его глазам безумным вижу, что медлить он не станет.