Девочка моя, или Одна кровь на двоих

Дима сменил ее на посту, после того как отправил пострадавшего с врачами, вытерся и переоделся. Он принес с собой коньяк в лечебных и дружеских целях – отметить удачный исход спасательной операции, ну и познакомиться.

Но, выйдя из душа, она была напряжена, почему-то заметно нервничала и сразу дистанцировалась, спрятавшись за бесконечное «спасибо», «благодарю» и отстраненный этикетный тон.

Он смотрел и не понимал, не стыковалось здесь что-то: на дурочку она была точно не похожа, на овцу напуганную тем более – не той пробы женщина, мужика вон спасла, не задумываясь!

Так в чем дело?

Классовая ненависть к богатым или, наоборот, угоднический трепет?

Да нет, точно нет. Не то.

Или почувствовала, что он ею заинтересовался, как женщиной заинтересовался, «песня» из классики «минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь»?

Дмитрий раздражился: не хочешь, как хочешь, будет он разбираться в ее мотивах и страхах – нет так нет!

Но надо отдать девушке должное, при всех своих испугах держалась она молодцом, если учесть к тому же, что находилась не в выигрышном положении – он хозяин дома, она русалка, занесенная из реки течением, он одет, она в мокром купальнике, босиком. Он незнакомый богатый мужик, и его предложения дружеского участия могут грозить ей чем угодно – ну, попадет ему «вожжа под мантию», прикажет своим охранникам не выпускать девицу и что она сможет сделать?

Нет. Она определенно умница!

Когда они вышли из дома на яркий солнечный свет, он смог рассмотреть ее в деталях, внимательно. Не такая уж и молоденькая, старше двадцати пяти, и он честно признался себе, что не совсем прав, раздражаясь в ее адрес, – вела она себя мудро, отказавшись от всего, что он предлагал – знакомство легким коньячным намеком, гостеприимство, одежду.

Он и предлагал-то потому, что заинтересовался ею как женщиной. Был бы на ее месте мужик, Дима дал бы ему коньяка или водки прямо там, на берегу, дал полотенце, пожал с уважением руку и отправил в пансионат в одной машине с врачами и пострадавшим.

Все она правильно расчухала, и дистанцию указала, и отказалась от всего правильно!

И тут она наступила босой ногой на маленький камушек, попавший на плиты дорожки, тихо ойкнула, поджала ногу…

И его шибануло!!

Как очень много лет назад – под дых, в голову, в пах, перекрывая дыхание, сбивая сердечный ритм!

Машка!!

Его маленькая севастопольская соседка!

Он даже зубами заскрежетал, перевел дыхание, приказал себе «отбой!!!», добавив попутно парочку крепких выражений в свой адрес, присмотрелся к ней внимательнее – другим взглядом, продолжая любезно-холодное прощание у распахнутой дверцы машины.