Девочка моя, или Одна кровь на двоих

Осторожное, редкое щебетание птиц, светлеющее небо, готовящееся принять восходящее солнце, темные неподвижные шапки деревьев, ни ветерка, слышно течение реки, светлеющей вместе с небом.

Ни машин, ни людей, ни гула большого города, ни звука далекого поезда – тишина, словно она где-то в другой жизни.

Совсем в другой, далекой жизни жила маленькая девочка Маша, влюбленная в соседа восторженной, неподдельной, неконтролируемой девчоночьей любовью.

Он сказал: «Прыгнешь с того камня, возьму тебя с собой». И она, не раздумывая ни мгновения, пошла прыгать! А когда прыгнула, он поймал ее в воде под попку в последний момент, не дав удариться о подводные камни, и выволок на берег, и так орал на нее! Так орал!

А Машка никак не могла понять – за что? Она же все сделала правильно – и прыгнула, и не побоялась!

Он кричал, отчитывая ее, и его желтые тигриные глаза сузились, ноздри раздувались, и от крика напрягались жилы на шее. А когда до нее дошло, за что именно он ее ругает, то она перепугалась ужасно, разревелась, а он ее утешал.

Маленькой Машке он казался… не сравнимым ни с кем, все мужчины и мальчишки даже рядом с ним не стояли!

Рыцарь! Бог! Рас-кра-са-вец!

И старше ее на шесть лет!

Пропасть.

Маленькая Машка все считала и прикидывала: когда ей будет шестнадцать, а ему тогда исполнится двадцать два – это уже не пропасть или еще пропасть?

И смотрела на него во все глазешки! Он был высокий, сильный, загоревший, русые непослушные жесткие волосы, выгоравшие за лето, и глаза…

Как у тигра! Машка видела тигра в зоопарке и заглядывала ему в глаза под перепуганный крик папы. И были тигриные глаза точь-в-точь как у ее любимого.

Золотистые, с темными пятнышками – не карими, а более темными, как вкрапления золота другой пробы. И он их щурил, когда злился, или решал что-то важное, или собирался драться.

Щурил, как к прыжку готовился. Вот какой он был!

И она любила его до замирания своего маленького сердчишки, до наваждения.

А звали его Дмитрий Победный.

«Интересно, кто он сейчас?» – подумала Мария Владимировна, потягивая холодное вино.

Последний раз она его видела, когда ей было шестнадцать лет – те самые, которые маленькая Машка оставляла под сомнением – пропасть это еще или нет. Для шестнадцатилетней Машки этот вопрос не стоял – она твердо знала, что теперь она без намека на какие-либо сомнения ему подходит! Но возникло одно убойное обстоятельство – Дима собирался жениться!

И Машка страдала ужасно!

И рыдала, исходя слезами, что, впрочем, никоим образом не повлияло на ее решимость завоевать любимого.