Загадка для благородной девицы

Ильицкого это не насторожило: он был влюблен и готов ждать сколько придется.

Стоит ли говорить, что не прошло и двух месяцев, как Гордеевы подыскали жениха более перспективного, чем Ильицкий, – какого-то юного графа, недавно осиротевшего, глупого и влюбленного. Вероятно, Гордеевы решили, что лучшей партии они для дочери не найдут: Нине на тот момент сравнялось уже двадцать лет, и она, увы, не молодела – да и юный граф мог в любой момент прозреть и внять разумным советам родственников повременить с женитьбой. Потому-то об этой помолвке было объявлено внезапно, но громко и по всем газетам.

Из газет о том узнал и Ильицкий, находившийся в это время на учениях под Петербургом.

– И что же сделал Евгений Иванович? – спросила я, заинтригованная сей историей.

– Да, собственно, он очень стойко принял эту новость – в тот же вечер поехал к актрисам… в театр, я хотел сказать – спектакль поехал смотреть. Он даже не дрался с тем юным графом, хотя некоторые наши друзья по корпусу сочли это прямо-таки необходимым. Евгений тогда ответил, что у бедняги вскоре после свадьбы и без его участия будет достаточно поводов расчехлить пистолеты. А через неделю он бросил академию и подал прошение в армию.

Признаться, эта история произвела на меня немалое впечатление. В первую очередь потому, что с Ниной я была знакома. Мне, девятилетней тогда девочке, она казалась невероятно красивой и неземной – любимица учителей и подруг, круглая отличница и лучшая во всем, за что бы ни взялась."

"Очарование ею было развеяно однажды, когда Нина сперва вызвалась выполнить какую-то большую работу по вышивке – за что ее снова начали восхвалять учителя и даже освободили от занятий. Нина выпросила себе помощниц с младших курсов, в числе которых посчастливилось оказаться и мне. А после, сбросив всю работу на нас, малышню, засела в уголке с подругами и громко, никого не стесняясь, а как будто даже гордясь, обсуждала письмо от un de ses garçons[25], как она называла своих поклонников. Помню, что, слушая ее весьма вольные замечания, я тогда остро жалела автора письма.

Забавно, ведь вполне возможно, что это письмо было именно от Ильицкого.

* * *Переодевшись после ванны и приведя в порядок волосы, я набралась храбрости настолько, что отправилась на поиски Евгения Ивановича. Твердо решила вызвать его на серьезную беседу и выяснить наконец, за что он меня ненавидит и постоянно изводит.

В конце концов, если Андрей с ним дружит, то, вероятно, в Ильицком и впрямь есть что-то хорошее… Он образован все же, хотя его суждения заставляют протестовать все мое существо. Он наблюдателен и умеет мыслить, что я обычно крайне ценю в людях. Он циник, каких мало, – это да, но он не жесток и не подл.