Детектив для уютной осени

Берсеньев, конечно, редкий мерзавец, но психолог прирожденный. Разглядел в моей душе все язвы, даже те, о которых я и не догадывалась. Может, это и есть причина нашей загадочной дружбы: деньги к деньгам, а дрянь к дряни.

Как бы то ни было, но ни оправдываться, ни просто поговорить со Стасом мне не довелось: на звонки он не отвечал, хотя я и хитрила, звонила то с мобильного, то с телефона-автомата. Зато отвращение к себе достигло наивысшей точки, после чего либо в петлю лезть, либо рукой на все махнуть. Вот я и махнула.

В понедельник Агатка появилась только к обеду, взглянула на меня и головой покачала.

– Ну и видок. Такой физиономией только безденежных клиентов отпугивать.

– Вот видишь, есть и от меня польза. Между прочим, субботу я провела с родителями, как примерная дочь.

– А что ты делала в воскресенье? – хмыкнула Агатка.

– Воскресенье я посвятила себе, любимой, то есть вообще ничего не делала.

– В это я охотно поверю. Ничего не делать – твое излюбленное занятие. Хоть бы опять затеяла какое-нибудь расследование, это все-таки лучше, чем сидеть живым укором всему человечеству.

– А ты как выходные провела? – решила я сменить тему.

– Познавательно. Даже на отдыхе люди ни о чем другом, кроме своей работы, говорить не в состоянии.

– Грешно на людей обижаться, если и сама из того же теста.

Вечером, подходя к дому и увидев свет в кухонном окне, я принялась гадать, кто там обосновался: Берсеньев или Димка? Или опять вместе пьют? Оказалось, Берсеньев.

– Может, тебе комнату сдать? – предложила я, появляясь в кухне.

– Думаешь, нам пора жить вместе? – съязвил он.

В кухне витал запах кофе, Сергей Львович сидел за столом, вертел в руках фарфоровую чашку. Я заметила, что он из всей моей разномастной посуды предпочитал ее. От любимой чашки до переезда в самом деле недалеко. Как известно, все начинается с мелочей.

– Еще кофе есть? – спросила я.

– Есть, в турке. Остыл, наверное.

Кофе я все-таки выпила, Берсеньев с привычной ухмылкой поглядывал на меня, точно ждал чего-то.

– Хотелось бы знать о твоих планах, – сказал он. – Продолжишь страдать или отправишься на поиски новых гениталий?

– О твоем интересном предложении я не забыл.

– Поздняк метаться. Девушки вроде меня повторных предложений не делают.

– Упустил я свое счастье. Меня оправдывает только внезапность твоих намерений. Затаишь обиду и воспылаешь ко мне большой нелюбовью?

– Да я тебя и так терпеть не могу…

– Ты сейчас лишь о своих страданиях думать можешь? Я не просто так спрашиваю: есть новость, которая могла бы тебя заинтересовать. Выкладывать или время тратить не стоит?

– Что за новость? – насторожилась я.

– В десяти километрах от одинцовского коттеджного поселка есть деревня Лунино. Может, слышала?

– Не слышала.