Детектив к лету

И не обманула, демонстративно повосхищалась мужниной добычей под первым же фонарем.

Тогда-то и выяснилось, что удачливому Пашке опять неимоверно повезло.

На одной из прекрасных морковок тугим пояском сидело кольцо с красным камнем!

Уже в мотеле, в снятом на ночь номере, кольцо отмыли от грязи, почистили зубной пастой и отполировали губной помадой. Внутри обнаружилась надпись: «Love is Любовь», и там же заводской значок – проба золота.

– Ну ничего себе, Паша! – Людмила только теперь осознала, как им повезло.

– Считай, подарок тебе, Людк! – Пашка радостно хрустнул морковкой.

– Нет, что ты, это же чужое! – Людмила замотала головой. – Представь: какая-то несчастная девушка потеряла помолвочное кольцо, а это же для нее бесценная вещь – подарок любимого! Да я бы… Я бы…

– Ты бы ревела – слезы рекой, – понятливо покивал Пашка. Швырнул в ведро обгрызенную до зелени метелку ботвы, взял следующую морковку – розовую и гладкую, как детский пальчик.

– Паш, а давай его ей вернем? Представляешь, как она рада будет? – обнадежилась Людмила.

– Кто?

– Та девушка, которая потеряла кольцо!

– А эта? Эта девушка будет рада? – Пашка ткнул в нее морковкой.

– Эта девушка будет просто счастлива, – заверила она его. – Давай, Паш? Если это возможно, конечно.

– Для нас нет ничего невозможного! – заверил ее неунывающий муж, расправив плечи. – Только сначала я морковку доем, ладно? Уж очень вкусная."

"– Чисто теоретически золотое кольцо могло лежать в земле хоть тысячу лет, – рассуждал Пашка, открывая ноутбук, с которым и в отпуске не расставался. – Можно, конечно, попробовать подсчитать статистическую вероятность того, что какая-то морковка прорастет точно сквозь него, зная площадь участка и интенсивность его использования…

– Стоп, Паша, стоп! – Людмила закрыла мужу рот ладошкой. Пашке дай волю – он все на свои математические модели переведет, а зачем так усложнять? – Кольцо лежало в земле никак не тысячу лет, смотри на пробу – пятьсот восемьдесят пятая. Не помню, когда она появилась, но, кажется, уже после развала СССР.

– В тысяча девятьсот девяносто четвертом году. – Пашка привычно быстро нашел информацию в интернете. – Отлично, диапазон существенно сузился и составляет теперь всего тридцать лет. Кстати, жвачка «Love is…» с вкладышами про любовь была популярна в России и СНГ в девяностых, то есть, опять же, тридцать лет назад!

Он торжествующе посмотрел на Людмилу, но тут же скривился:

– И за эти тридцать лет кто только в поле не копался! Наш бывший директор Никодимов его еще при Брежневе для детдома отвоевал и весь персонал построил, у него никто от сельхозработ не отлынивал, и взрослые и дети – все тут пахали…

Людмила сначала покивала – про Никодимова она уже слышала.