Дерзкие. Будешь моей

Ведьма садится и пристегивает ремень. Боюсь смотреть в её сторону. Боюсь сорваться на новые эмоции. Я же придурок. Грёбанное животное. Всё о чём думаю, сразу не терпится высказать, будто тумблер какой замыкается.

Надо. Срочно. Слить. Всё. Что. Внутри.

И предстать невоспитанным идиотом…

Конечно.

Внутренний голос, как всегда, изводит.

— Как твоё самочувствие?

Всё, что выдаю. Хотя на деле набросился бы с расспросами. И не только. Когда она так близко, и салон наполняется моим личным персональным кайфом — её запахом, я готов откинуться прямо здесь и сейчас.

Сердце в грудной клетке работает на износ. Кажется, что скоро затарахтит и заглохнет, но пока…

Пока оно как торпеда.

Несёт меня, не ведая преград, ломая всё на своём пути рассекает пространство и время своими кульбитами."

"— Нормально, — всё, что слышу в ответ.

— Хорошо. Я дам тебе все контакты проверенного врача. Будешь с ним на связи 24 на 7. Да и я буду всегда у телефона…

— Ммм…Даже в день своей свадьбы? — выдаёт так ядовито, что у меня чуть ли не глаз дёргается.

Ладно, каюсь. Сам виноват. Хреново вышло.

— Поговорим насчёт этого, когда доберемся до дома.

— А сейчас мне что? Сидеть и смотреть на тебя как на второе пришествие Христа?!

Стискиваю челюсть. Вроде и смешно, а вроде и ни хрена подобного.

Мы, блядь, не на стэндапе вообще-то.

— Можешь смотреть в окно. Я не запрещаю, — отвечаю, не глядя на неё.

Не отвлекаться. Не отвлекаться. Не отвлекаться от дороги!

А то рискую затормозить и засосать её, оттрахав прямо в этом ебучем Ниссане.

Язвит, закатывает глаза, хмурится, а я только и делаю, что кручу в башке порно с её участием. Как это, блядь, работает?

Что за фантазии такие ебанутые?

Почему я помню каждый физический контакт с ней и не могу его развидеть, особенно, когда она вот такая вредная и провоцирующая?

— Ещё б ты мне что-то запрещал, Адов! Не дождёшься! Своей жене будешь запрещать!

Бля…Ну вот, опять…

— Ух ты ж, бля. Как мы заговорили…То есть, когда я тебе предлагал быть моей женой, так ты гордая, нос воротила…А сейчас прям ревнивую собственницу включила! Феминистку, бля, на минималках!

Бесит, нахуй.

— Да пошёл ты на хрен! — выплёвывает обиженно. Конечно, злится. А как иначе? Я бы вообще убил, если бы за другого замуж выходила, но так надо…

— Всё, уймись. Едем. Молча, блядь.

Смотрю на дорогу, а у самого челюсть сводит от таких вот выпадов.

Ничего…Скоро приедем…По-другому запоёт. Надеюсь.

Помню, как сидел в том самом доме в Питере с младшей сестрой Кира после того, как её изнасиловали какие-то уроды. Мы с ней вот так же срались первые два дня. Но этот дом, блядь, волшебный, отвечаю. Он как-то сближает, лечит, прощает. Я тогда нашёл нужные слова, она тогда послушала. Решила продолжить жить, хотя хотела перерезать вены.