Дерзкие. Будешь моей

"Катерина Полевина

Дерзкие. Будешь моей

Пролог

— Катюш, смотри, что мы тебе взяли, — мама показывает мне кулон в виде аккуратной золотой капельки, а я ощущаю внутри болезненное жжение.

Помню, как после его выстрела, громко вздохнула, прикусив губу от страха. Пули в патроннике не оказалось, зато он ответил на мой вопрос своим поступком, и я молча встала и ушла из кабинета, чтобы собрать вещи. Там прямо на своей постели я оставила все его подарки, когда-то приобретённые для меня. В том числе и кулон, который он подарил в один из лучших вечеров в нашей жизни.

«— Это моё, если что… Вырвано из груди и отдано. В бессрочное пользование.

— Не боишься, что я его…Разобью или потеряю?

— Если разобьёшь или потеряешь, значит, так надо…

— Спасибо. Всегда будет со мной».

Воспоминания горьким эхом раздаются по грудной клетке. Я принимаю подарок и прижимаю к себе.

— Спасибо, мам…Серёж…Но не стоило тратить деньги…

— Что ты, Катюш…Я ведь нашла такую хорошую работу. Да и Серёжка подрабатывает в магазине возле дома…Мы только благодаря тебе радуемся жизни, — говорит мама, на что я невольно улыбаюсь, хотя внутри просто апокалипсис. Ведь всё это не благодаря мне, а благодаря Глебу.

И я до сих пор ему благодарна, несмотря на все болезненные слова, что услышала от него в свой адрес. Все обвинения и оскорбления…Возможно я заслужила это. Или вовсе не заслуживала его самого…

Зато теперь он будет счастлив, как и его отец.

Совсем недавно мне звонила Соня. Я сразу сообщила ей, что не могу оставаться в городе. Мне нужно уехать на неопределённый срок. А сейчас она пока не знает, что мне придётся взять академ отпуск, и вряд ли я вообще вернусь. Скорее всего переведусь на заочное во Владивосток…

Именно она сказала мне, что Глеб женится. В универе сразу поползли слухи, а с учетом того, что Кир — его лучший друг, всё стало ясно ещё раньше.

Думаю, Беата счастлива, да и Александр Юрьевич тоже. Соня говорила, что Глеб сильно изменился. Стал более замкнутым, закрытым и одиноким. Я слышала, что он даже продал один из своих клубов, но причину этому не знала.

Вскоре из Интернета увидела и то, что Глеб Александрович Адов стал обладателем акций ювелирного холдинга отца. Так я поняла, что его очень ловко подмяли под себя, а я оказалась просто ненужным звеном в его истории. Той, которой никогда бы не позволили быть с ним по-настоящему.

Маме и Серёже я не стала ничего рассказывать, тем более, что рассказывать было нечего. Два месяца отношений были вырваны с корнем, словно их никогда и не было. У меня не осталось даже его номера. Думаю, после того как он разбил свой телефон, и у него не оставалось моего. Мы больше ни разу не пересекались, никогда не говорили. Единственным связующим звеном оставалась Соня, ведь они с Киром до сих пор были вместе.