Дерзкие. Будешь моей

Слышу нервный вскрик той самой Викуси, а потом чувствую, как её руки толкают моё тело через борт, и я абсолютно дезориентировано падаю за борт яхты, мчащейся по Дунаю на всех скоростях.

Оказываюсь в воде и тут же глохну. Будто все конечности омертвели и всё вокруг вдруг перестало существовать. Замерло на секунды.

Вокруг бескрайняя темнота.

Одежда становится камнем, тянущим меня ко дну, а течение сносит так быстро, что я не могу выплыть. Плюс эта дикая боль, разрастающаяся в грудной клетке.

Секунда. Вдох. Второй.

Слышу вдалеке крики Руса. И снова под воду.

Теряю ориентиры. Несёт с такой силой, что закручивает в смертельную петлю.

Иду ко дну. Нет сил сопротивляться…

Тащит. Уносит. Но я обещал ей…

Я обещал…

У меня вот-вот родится сын. Я не могу так их подвести…

Господи, дай сил выплыть. Помоги.

С запоздалым чувством страха начинаю осознавать, что одна рука не шевелится. Будто нервные окончания вообще отключило. И грести получается только правой, но воздуха становится всё меньше, а паника внутри нарастает…

И вдруг…

Во тьме реки я вижу её…

Плывущую ко мне и обвивающую руками и ногами.

Целующую…И не отпускающую.

— Ты дома…Ты со мной…Мы вместе…

И я ухожу ко дну, наконец перестав сопротивляться…

Глава 29

— Глеб, ну же! Держи мою руку! Глееееб! — кричу и начинаю задыхаться, потому что вода попадает внутрь лёгких. А он всё дальше и дальше от меня снова…

Нет, нет, нет…

Рвусь вниз. Отталкиваюсь от поверхности. Кричу прямо в воде, срывая горло до боли…

Продолжай сон…Продолжай его…Катя! Чёрт!

Плыву за ним. В истерике пытаюсь дотянуться. Коснуться его кончиками пальцев, и между нами жалкие сантиметры.

— Глеб…Прошу тебя…Возьми её. Открой глаза… Плыви…Выбирайся отсюда! — до хрипа звучат мои слова.

Но в ответ…

Только горькая болезненная тишина… И морок, словно охватывающий меня со всех сторон сразу…

Яркая вспышка.

И я открываю глаза посреди тёмной ночи. На часах пол второго…"

"Душе не просто не спокойно, её на части разрывает. И живот разнылся, словно ребёнок чувствует мою тревогу. Провожу по нему ладонью. Словно пытаюсь успокоить. Но успокаивать надо себя саму…

— Тише…Тише, малыш…Мама здесь…Всё хорошо…

Смотрю в окно и хожу по комнате, проверяя телефон. Ни одной весточки. С тех пор как уехали, уже прошло почти трое суток и ничего…Ни единого звоночка или сообщения. Знаю, что они и телефоны-то с собой не брали, но всё же…Страшно.

Очень и очень страшно.

Боже, Глеб…Как же хочется, чтобы всё закончилось. Чтобы ты каждую ночь был рядом. Чтобы никогда меня не оставлял.

Я ведь даже не могу ни о чём другом думать. Когда встречалась с Соней всё время смотрела в телефон. Толком не слушала даже. Так стыдно теперь.