А теперь держи меня

— Нет, — признаётся парень, и моё сердце пропускает удар. — На стоянке, когда меня подстрелили?

Я не хочу вспоминать тот день, но картинки из прошлого всё равно всплывают у меня в голове.

— Нет, — спокойно говорю я, решая, что Кузнец просто не запомнил нашу встречу.

Я сама его тогда не узнала, даже подумать не могла, что это он. А уж надеяться на то, что парень сестры, который в глаза меня никогда не видел, поймёт, кто я такая, было бы самым глупым поступком.

— Я тогда впервые познакомилась с Тараном. Стояла с ним на парковке возле общежития. Вы приехали за ним, чтобы забрать на тренировку… — вспоминаю я. — После этого меня повязали копы за то, что я врезалась в машину на байке и скрылась с места преступления. Маше пришлось вытаскивать меня.

— А, — Миша хмурится. — Что-то такое помню. Маша потом всю тренировку сама не своя была, а, когда мы вернулись домой, обнаружили послание от анонима. Тогда она призналась мне, что переспала с Егором.

Я ничего не отвечаю, вспоминая, как сестра забирала меня из участка. Тогда я нагрубила ей. Тогда был первый раз, когда мы с ней встретились спустя три года. Я была всё ещё обижена на Машу за то, что она помогла Егору и Матвею вытащить Малийского. Я злилась. Я ненавидела.

А теперь внутри меня лишь перегоревшая пустота.

— Впервые она показала твои фотки, когда только познакомилась с тобой, — грустно улыбаюсь я. — Сказала, что вы просто спите вместе. Даже не встречаетесь.

— Угу. Я был тем ещё придурком, — бормочет парень.

Я фыркаю, впервые за долгие часы испытывая нечто похожее на облегчение.

— Не знаю, каким ты был, но Маша тебя до сих пор любит, — тяну я. — Так что, если сделаешь ей больно, я тебя собственноручно прикончу.

Он внимательно смотрит на меня, но ничего не отвечает. Я надеюсь, что Кузнец начнёт убеждать меня, мол, ничего страшного не произойдёт, я ведь тоже без ума от твоей сестры, но Миша этого не делает.

От дальнейших неловких разговоров нас спасает врач, как тень появившийся будто из «ниоткуда». Я тут же вскакиваю на ноги и взволнованно подхожу к мужчине.

Миша остаётся сидеть на диванчике, но краем глаза я вижу, как он внимательно наблюдает за нами.

— Всё в порядке, — заверяет меня врач. — Жизни вашего друга ничего не угрожает.

Камень падает с плеч, и невероятное облегчение накрывает меня до такой степени, что предательские тиски сжимают горло, норовя выпустить на свободу слёзы.

— Жизни ничего не угрожает, а вот здоровью, — продолжает мужчина, заставляя меня снова напрячься. Ну, вот не бывает хороших новостей, всегда где-то есть подвох! — Томография показала, что в месте старого перелома позвоночника есть воспаление. Реабилитацию проходите? Массажи, упражнения.