Дед Мороз в личное пользование [СИ]

— Хочешь, выдам великую тайну Михаила Самсонова?

— Хочу!

— У меня в институте был небольшой роман с парнем. — Опа! Мишаня сегодня рвёт шаблоны, как Тузик грелку. — Не скажу, что мне не понравилось, или было плохо. Просто меня к женскому полу тянет сильнее. Люблю доминировать в сексе и в жизни. А с парнями не так. Там выбор больше: доминировать, подчиняться или быть на равных.

— Девушку, с которой хотелось бы быть на равных, я пока не встретил, а доминировать, как и подчиняться не люблю.

— А мужчину? С которым хотелось бы быть на равных?

— Я не по этой части, тебе ли не знать, собутыльник. А с чего такие вопросы?

— Да так, из чистого любопытства, — как-то туманно ответил мой друг и опять пошевелил носом, явно на что-то намекая. — Божественные ароматы! Моя печень и желудок намекают, что есть хотят.

— Если бы у твоей печени, Самсонов, были руки, она бы тебя ими задушила.

— Ты меня сейчас покормишь, и она меня простит.

Я бросил на этого подлизу скептический взгляд и поставил перед ним тарелку с пышным французским омлетом. Мишка засветился от счастья и занялся поглощением завтрака. Странный какой-то вышел разговор, словно что-то, как говорится, осталось за кадром, но мне стало легче на душе. Друг у меня точно останется, если я решусь на перемены.

Глава четвёртая

Понедельник, как говорится, день тяжёлый. С самого утра как началась работа, так и кипит. Я весь по уши в бумагах забыл о времени, пока не услышал звонок своего мобильного. Пиджак снял и повесил на стул, а телефон оставил в кармане. Хорошо, что хоть звук был включён.

— Да, Аристарх Георгиевич.

— …

— Данные по клиентам уже готовы. Принести Морозову?

— …

— Да. Сейчас буду.

Веллер в кабинете шефа вместе с самим Морозовым и его заместителями доводили до ума будущие контракты, а я был на подхвате. Собрал всё нужное, сложил в голубую папку и вылетел из своего кабинета, словно «Скорая помощь» на срочный вызов. Уже в коридоре заметил, что пиджак забыл надеть. Возвращаться времени нет, надеюсь, меня простят. Когда я влетел на крейсерской скорости в приёмную, Аллочка стояла ко мне спиной, а на столе лежал большой букет цветов. «Новый поклонник?» — только и успел подумать, прежде чем она резко обернулась и… Твою мать! Счастье, что бумаги в пластиковой папке.

— Ой! — и это всё? Выплеснула на меня полную вазу воды и «ой»? А вот и нет. Схватила салфетки, и вытерла, громко при этом извиняясь, моё лицо. А ничего, что у меня рубашка спереди насквозь мокрая? «Спокойствие, Вадим, только спокойствие. Тебя бабушка учила, что женщин обижать нельзя» — успокаивал я сам себя, костеря в мыслях секретаршу. Шагов моих она, видите ли, не услышала. Хорошая секретарша должна факс на слух принимать, не говоря уже о том, чтобы услышать топот спешащего к начальству юриста.

— Алла, остановись.