Давай не отпускать друг друга

По крайней мере, Рита была уверена, что такие ситуации бывают только в фильмах — придуманные сценаристами и снятые оператором. Но уж никак не в реальной жизни.

Рома вернулся из недельной командировки. Позвонил, сказал, что соскучился, позвал в ночной клуб — давно хотел ее познакомить с самыми близкими друзьями, у одного из них как раз сегодня день рождения. Но у Ритки, как назло — очередной корпоратив. Их стрелковый клуб стал весьма популярным местом для таких мероприятий — на радость Алексею, потому что это приносило хорошие деньги. А вот Ритке — дополнительная нагрузка, ведь сопровождение таких мероприятий всегда ложилась на нее. Во-первых, она лицо клуба, во-вторых, в отличие от Миши, она умеет ладить с людьми. В общем, вечер у Ритки был рабочий — плотно и допоздна. Рома поохал, они договорились о встрече на завтра.

А Алексей Владимирович взял — и явил царскую милость. Точнее, он бился аки лев за коньяк. Спор между Алексеем и Михаилом считался пока незавершенным, окончательной и финальной точкой должна была стать свадьба. Поэтому Мамаев по привычке лоббировал свои интересы. И великодушно отпустил Ритку к жениху — помиловаться после разлуки, как он это называл. А сам остался принимать и обслуживать корпоратив.

Да уж, намиловались они с Ромой… Но обо всем по порядку.

Рита не стала перезванивать Роману, решила сделать сюрприз. Заскочила домой, навела парадный внешний вид — Ромке нравилось, когда она выглядела ярко, хотя сама Рита предпочитала пользоваться декоративной косметикой по минимуму и не носить вычурных вещей. Но сегодня она будет знакомиться с друзьями Романа, место встречи — ночной клуб, который принадлежит как раз одному из них. Поэтому — боевой раскрас, подаренная Ромой одежда — и вперед!

В этом клубе они уже были, и Риту здесь знали. И проводили, так сказать, в кулуары — место приватной вечеринки владельца клуба и его гостей.

А там…

А там как в дурном кино. Хотя почему — дурном? Может, и ничего кино — если смотреть как на кино. А Ритка стояла, открыв рот."

"Больше всего ее поразило даже не то, что она застала своего жениха со спущенными штанами на какой-то девице в распахнутой на груди блузке. А то, что это все происходило не, скажем, в его квартире, в приватной обстановке. А в помещении, в котором было с десяток, если не больше, человек. Но все они были заняты своими делами — кто-то такими же, как и Рома — диваны у стен позволяли это, кто-то пил за столом и о чем-то пьяно спорил. А она стояла и смотрела. А потом ее заметили. Рома вскочил, и она почему-то сразу обратила внимание, что штаны у него расстегнуты и оттуда торчит то, что и должно в таких обстоятельствах торчать. И этот кусок темно-розовой плоти на фоне черных брюк вдруг вызвал такое омерзение, что до тошноты.