Давай не отпускать друг друга

И накал внимания не сбавлял, хотя в активе у Ромы значилась пара мимолетных поцелуев — и все. Ритка же… Рита совсем в себе запуталась. Сначала она просто упивалась — надо быть честной, именно упивалась этими красивыми ухаживаниями. Так, с таким размахом, за ней никто не ухаживал. И это кружило голову, даже если эта самая голова считала себя очень здравомыслящей. Кроме того, был и некий элемент… наслаждения собственным превосходством, даже триумфом — так, наверное. Ты, Ромочка, в школе надо мной смеялся, а теперь возишь меня по ресторанам, шлешь дорогущие букеты и выпрашиваешь поцелуи. «Есть в мире справедливость!», — уверилась Рита Колосова. И на этой мысли зашла в тупик. Что делать дальше с этой справедливостью, а, главное, с Ромой, она не представляла. Развивать отношения дальше, в том направлении, куда их упорно тащил Роман — так что-то внутри противилось такому повороту событий. Все прекратить — не хотела, да и не представляла — как? Все слишком далеко зашло.

Именно в этот момент Рома предложил ей совместную поездку с целью отдыха. На Мальдивы — ни больше, ни меньше. Для Риты что Мальдивы, что Марс — были понятия одного масштаба доступности. Поэтому сначала она опешила. А потом взяла — и согласилась. Потому что Ритке в голову пришла гениальная идея о том, что если Роме дать то, чего он так хочет — то все как-то само собой прояснится. Ну, может быть, он получит, чего добивался — и тихо свалит в закат. И это Риту вполне бы устроило. Самолюбие свое она уже натешила, да и с девственностью расставаться давно пора, а тут все просто одно к одному складывается. И она согласилась.

Ошиблась Рита фатально.

На тропическом острове, в бунгало, под шелест пальмовых листьев и плеск океана девственности она таки лишилась. А потом лежала и слушала сбивчивый Ромкин шепот. А он гладил ее грудь и пытался прийти в себя.

— Ритка… — он терся щекой о ее плечо. — Так ты что… ты меня все это время… ждала? Еще со школы?

Теперь опешила Рита.

— В каком… смысле? — ей очень хотелось убрать его руку. Ибо думать она мешала.

— Ну… — Рома негромко хохотнул. Он, похоже, все же пришел в себя — сжал грудь и довольно вздохнул. — Ты же по мне сохла в школе.

— Мгм? — бессодержательно отозвалась Рита. Она не ждала такого поворота разговора. Да и вообще, теоретически, потеря невинности — это событие, которое надо прожить и пережить. А не думать после него, что бы поумнее сказать.

— Да ладно, не отпирайся, это все знали.

А она-то думала, что это был такой секрет секретный и тайна тайная. А оно вон чего. Впрочем, это сейчас Риту совершенно не взволновало. В конце концов, это было десять лет назад, и той влюбленной некрасивой девочки больше нет. Нет. Так себе Ритка сказала.